* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

СИМУЛАКРУМ СИМУЛАКРУМ (simulare — притворяться) — термин имеет два различ ных значения в зависимости от репрезентативной и нерепрезентатив ной модели применения. Платон применяет репрезентативную модель и определяет С. как копию копии, отражение отражения, удвоение уд воения, которое, так же как и копия, претендует на обозначение ориги нала, подлинника. В философии Платона С. строится в зависимости от онтологии, поскольку критерием различения копии от С. выступает сходство или несходство с истиной бытия или идеей вещи. He истина копии связывается с истиной присутствующего референта, т. е. идеей вещи, действительным повторением которой выступает первая копия. Тогда как копия обладает сходством с референтом, поскольку строит себя по образцу идеи. С. — это копия копии, лишенная подобия. Внут ри философского дискурса С. осуждается как подделка, вымысел. Это, как говорит Делез, «интериоризованное несходство». Но уже внутри платоновской репрезентативной модели действует нерепрезентативная модель — С. без присутствующего референта, поскольку возможность С. изначально вписана в структуру реальности. Проблема уже не каса ется отношения присутствия и репрезентации. В самом деле, нерепре зентативный С., удваивая оппозицию оригинала, подлинника и копии, не предполагает никакого референта, присутствия, а смещает метафи зическую оппозицию копии и оригинала и копии копии в совершенно др. область. «Здесь недостаточным будет даже обращение к модели «иного», ибо в головокружительной бездне симулякра теряется любая модель» (Делез). Поскольку симуляция оказывается имманентной ре альности, то не представляется возможным говорить о каком то при сутствии, основании, оригинале. Наиболее последовательно нерепре зентативная модель С. представлена в работах Ж. Бодрийяра, Ж. Делеза и Ж. Деррида. По Бодрийяру, симулировать не значит при творяться. Тот, кто притворяется больным, может просто претендо вать на то, что он болен. Тот, кто симулирует болезнь, проявляет в себе некоторые «истинные» симптомы болезни. Т. е., притворство не заде вает принципа реальности, достаточно четкое различие между реаль ностью и «болезнью» сохраняет силу, поскольку отношение между ре альностью и болезнью носит чисто внешний характер: реальность просто маскируется. Во втором случае С. подрывает различие между «исти ной» и «ложью», между «реальным» и «воображаемым». Но если че ловек, который симулирует болезнь, проявляет действительные симп томы болезни, то в действительности он/она болен? Симуляция не может рассматриваться как объективный процесс. Тот, кто симулиру ет болезнь, не может рассматриваться объективно ни как больной, ни как не больной. В данном случае медицина и психология бессмыслен ны. Ибо если какой то симптом действительно может «проявляться», причем не как естественная данность, тогда любая болезнь может рас сматриваться как симулированная и симулируемая, и вполне понятно, что медицина в этом случае неуместна, поскольку собственные проце 444