* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

МУЛЬТИКУЛЬТУРАЛИЗМ острая потребность в объединяющих тенденциях, и во вторых, в том, что люди, не обладающие неким общим для данной страны ядром убеж дений легче поддаются чуждому идеологическому воздействию. Т. е. «Великому Канону», как назвали эти курсы и эти перечни, была пред назначена функция культурного клея: книги, выражающие фундамен тальные основания западной цивилизации, предназначаемые для каж дого студента, увеличивали его шанс стать гражданином, разделяя с другими гражданами страны знание об этих основаниях. Система «великих книг» доминировала в американском высшем об разовании почти 50 лет. Многообразие американских студентов, кото рое заботило гарвардскую команду, мыслилось ими лишь как социаль но экономический феномен, как результат естественного неравенства людей, а не как культурная проблема. Она и не осознавалась как тако вая до 1970 х гг., поскольку до этого времени американские универси теты были демографически гомогенными. Когда же в университеты пришли «недопредставленные» в прошлом группы, являя собой вживе такие культурные стороны многобразия, как раса, религия, этнич ность, пол, регион, возник вопрос об универсальности читаемых кур сов. В 1945 г. университеты стали объектом повышенного социального внимания в силу гонки вооружений, акцент делался при этом на есте ственные науки, для которых безразлично кто ты, был бы умным. Се годня факт половой, или этнической, или расовой идентичности сту дента уже не может быть отброшен с былой легкостью. С другой стороны, проблема не может быть решена и просто путем организации образования сообразно групповым интересам или культурной идентич ности. Ведь университетское образование от века выполняло важную социальную миссию трансляции универсальных знаний и ценностей, делая в их свете различия просто неважными. К тому же преподаватели, не забывающие о том, что, по сути, наня ты государством транслировать ключевые идеи и ценности западной цивилизации, прекрасно понимают, что призывы принять во внимание разнообразие тех, кто учится сегодня в американских университетах (а здесь есть студенты, представляющие почти любую страну мира) дале ко не всегда выполнимы. Главная причина этого очень проста: чтобы удовлетворить культурным притязаниям всех, необходимо было бы представить в том или ином курсе интересы и ценности каждого. Тем не менее общий дух и стиль преподавания даже таких общих курсов, как «Введение в философию», «История идей», «Западная ци вилизация» претерпели некоторые изменения. Немалую роль в этих пе ременах сыграли, во первых, тот факт, что студенты приходят в ауди торию с разбуженным, как сказали бы мы прежде, чувством классового, этнического и т. п. сознания, что, в свою очередь, есть результат влия ния «политик идентичности», движений мультикультурализма и политической корректности, во вторых, мощная волна пересмотра оснований классической европейской мысли, предпринятого крупны 274