* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

МИР СИСТЕМНЫЙ ПОДХОД левыми принципами разделения и кооперации деятельности. Эта доми нанта, определившая работу науки, фактически санкционировала узко прагматические стандарты производственно экономической и повсе дневной деятельности людей, их отношение не только к природным ре сурсам, но и качествам общественной жизни, друг к другу. Эти стан дарты действуют не только в знании, но и в практике организации общественной жизни, поскольку она — эта практика — регулируется стереотипными представлениями о разделении общества на экономи ку, политику, культуру, другие сферы и подсистемы. Такая сегмента ция общества, как правило, достигается за счет «вытеснения» из орга низационных и знаковых схем реальных социальных субъектов, гл. обр. самих человеческих индивидов, воспроизводящих интегрирующие и разделяющие общество структуры. В деятельности и жизни этих субъектов нет разделения на экономику, культуру, политику и т. д. Ка ким бы образом действующие институты общества не отчуждали от лю дей отдельные аспекты их жизни и деятельности, синтезируются эти ас пекты в систему жизненных взаимообусловленностей только в живой социальности их события и самореализации. Если принять характерное для социологии 60 х гг. разделение концепций на макро и микроуров невые, то М. с. п. следует отнести к макроуровневым концепциям, по скольку он трактует вопросы, связанные с перспективами человеческого сообщества, с формированием структур мир системы, с развитием межрегиональных, межгосударственных, межкультурных отношений. Однако одна из важных методологических особенностей М. с. п. как раз в том и состоит, что он, сфокусировав внимание на становлении форм мирового сообщества, не может отвлекаться от бытия реальных субъектов, от жизни и деятельности человеческих индивидов, где ста новящиеся социальные связи обретают качества, необходимые для того, чтобы затем воспроизводиться в виде устойчивых структур. М. с. п. в этом плане оказывается не только своеобразным совмещением макро и микроподходов, он, по сути, выявляет ограниченность макросоци альных концепций, «не переводимых» на язык описания бытия и взаи модействия человеческих индивидов. Тезис о том, что история совер шается во взаимодействиях реальных субъектов, не отвергает идею всеобщности и взаимообусловленности социальной жизни, но он «по гружает» эту идею в процесс воспроизводства и порождения соци альных форм, сопрягает ее с масштабами повседневного поведения людей. «Для историка, тесно привязанного к конкретному, глобальное общество может быть лишь суммой живых реальностей, связанных или не связанных одних с другими. Именно в таком смысле я взял за прави ло... говорить об обществе как о множестве множеств (ensemble des ensembles), как о полной сумме всех фактов, каких мы... касаемся в разных областях наших исследований... Это означает... что все соци ально, не может не быть социальным... Это все равно, что сегодня за являть: «Социальный процесс есть нераздельное целое» или «Исто 261