* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

БУДУЩЕЕ нает «сверху»: признание вечно существующего Бога дает средневеко вому мыслителю единственную устойчивую опору в его размышлениях о бренности земного бытия. Но в своем движении «вниз» сразу же об наруживается кардинальное различие, истоки которого уходят в ан тичность, к идеям Платона и Аристотеля. У Августина Бог — абсолют ная точка отсчета, творец не только человека и всего мироздания, но и времени. Это означает, что не только начало, но и конец человеческого бытия предопределены божественным провидением, и никакие случай ности не в силах изменить будущее человека. «Кто станет отрицать, что будущего еще нет? — спрашивает Августин. — Но в душе есть ожида ние будущего. И кто станет отрицать, что прошлого уже нет? Но и до сих пор есть в душе память о прошлом. И кто станет отрицать, что на стоящее лишено длительности. Оно проходит мгновенно... Длительно не будущее время — его нет; длительное будущее это длительное ожи дание будущего. Длительно не прошлое, которого нет; длительное про шлое это длительная память о прошлом» («Исповедь»). Совершенно другую картину времени и его модусов рисует Боэций. У Боэция Бог не единственная точка отсчета. Кроме Бога, носителя вечности, есть еще и «хаотическая материя», которая существует бесконечно и которую Бог упорядочивает, но не творит «из ничего». Поэтому и «внизу», там, где живут и действуют люди, кроме божественного провидения (вечного и напряженного плана универсального миропорядка), есть еще и судьба, как та космическая сила, которая соединяет случайности, частные и преходящие движения, людские желания и поступки в некоторое «под вижное сплетение и временной порядок». Бесконечно, по Боэцию, и время, и не только в прошлом и будущем: оно дискретно по природе, составляясь из множества отдельных точек — моментов прошлого, на стоящего и будущего, которые последовательно переходят друг в дру га. Будущее поэтому есть у всех вещей, правда, в каждый момент оно связано с судьбой и поэтому недоступно. Недоступно будущее и чело веку. Но у человека, обладающего разумом, есть знание о благе и по этому он способен различить, что хорошо и что плохо, т. е. обладает свободой воли и ответственностью перед самим собой за свои поступки («Утешение философией»). Чтобы понять, как изменялась картина будущего в условиях Ново го времени, необходимо учесть три первостепенных новации: 1) Новое время связало представление о вечности с идеей Духа. Концептуаль ные определения вечности оказались в принципе сохраненными, но так или иначе связанными с многообразием форм человеческого бытия (дух народа, дух законов, дух истории, мировой дух, цельная в себе коллек тивность, единство идей, способность к мышлению и т. д.). Спускаясь с невообразимой космической и божественной высоты на землю, вечное остается непостижимостью, требующей трансцендентального видения, выходящего за пределы ценностного рассмотрения действительности. Анализируя слова Ницше «Бог мертв», Хайдеггер усматривает их смысл 33