* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

3.13. l`Šeph`khqŠh)eqjne onmhl`mhe hqŠnphh h opnakel` nqmnb{ nayeqŠb` h dbhfryhu qhk hqŠnphh ский дух, но лишь постольку, поскольку он двигает вперед развитие производства, а вместе с тем развитие всего прочего»1. Иногда в качестве источника развития производительных сил называли рост потребностей. Но рост потребностей сам требует объяснения. И нетрудно понять, что он прежде всего вызван развитием производства. Производство, создавая новые ранее не существовавшие предметы, тем самым создает и потребность в них: потребность в одежде, жилище, телевизорах и т. п. И такая, первоначально чисто биологическая потребность как пищевая, в результате развития производства приобретает новый облик: необходимо не просто мясо, а приготовленное мясо, нужными становится хлеб, чай, сладости и т. п. Нередко утверждают, что человеку от природы присуще стремление иметь все больше и больше предметов. Он никогда не удовлетворяется тем, что обладает. И этот постоянно возобновляющийся разрыв между тем, что человек имеет, и тем, что он хочет иметь, побуждает его производить все больше и больше, а тем самым и развивать производительные силы. В действительности, когда такой разрыв существует, его корни вовсе не в природе человека, а в существующих экономических отношениях. Он, например, возникает в обществе с рыночной экономикой. Рынок предлагает людям огромное количество разнообразных товаров. Но запас денежных знаков у каждого рядового потребителя всегда ограничен. Именно этот разрыв между рыночными предложениями и кошельком покупателя и осознается как вечно присущий человеку разрыв между тем, что он имеет, и тем, что ему хотелось бы иметь. Н.И. Бухарин в книге «Теория исторического материализма» (М., 1921 и др. изд.) отделался от проблемы источника развития общества самыми общими фразами. «Выше, — писал он, — мы разобрали вопрос о равновесии между обществом и природой. Мы видели, что это равновесие постоянно нарушается и постоянно восстанавливается, что здесь налицо противоречие, которое постоянно преодолевается и вновь возникает, вновь преодолевается, и что в этом заложена основная причина общественного развития или общественного упадка»2. Не лучше обстоит дело и в статье «К постановке проблемы теории исторического материализма», в которой Бухарин пытался парировать прямой упрек профессора Э. Бранденбурга в том, что марксисты не дают никакого ответа на вопрос о причинах развития производительных сил. «Ответ на этот вопрос, — читаем мы, — ответ, который я считаю единственно правильным, таков: производительные силы определяют общественное развитие потому, что они выражают собой отношение между обществом как определенной реальной совокупностью и его средой… А соотношение между средой и системой есть величина, определяющая, в конечном счете, движение любой системы. Это есть один из общих законов диалектики движущейся формы… Так, и только так, может быть решен основной вопрос теории исторического материализма»3. К. Каутский в своем обобщающем труде «Материалистическое понимание истории» (Т. 1–2. 1927–1929; рус. пер. второго тома «Государство и развитие человечества»: М.; Л., 1931) в ряде мест склонялся ко взгляду, что в основе развития производительных сил лежит процесс познания природы. В конечном счете он создал своебразную концепцию развития человечества, в которой проявилась присущая ему тенденция к биологизации социальных явлений. «Я думаю, — писал он, — что общий закон, которому подчинено как человеческое развитие, так и развитие животного и растительного царств, состоит в том, что всякое изменение, как обществ, так и видов может быть сведено к окружающей среде. Где эта среда 1 2 3 Штерн И. «Исторический материализм» и «теория прибавочной стоимости» Карла Маркса. СПб., 1909. С. 17. Бухарин Н.И. Теория исторического материализма. 3-е изд. М.; Пг., [1924]. С. 139. См. также с. 113. Там же. С. 364. 321