* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
367 Эпидемия. 368 скарлатиной среди школьников и т. п., показывают как природные, а в ещё большей степени процессы, разыгрывающиеся в общественной, хозяйственной и бытовой жизни на селения, активируют ту пли иную из непосредственных движущих сил, что и вызывает соответствующие из менения в ходе эпидемического про цесса. Следует отметить, что из трёх непосредственных движущих сил эпи демического процесса фактор вос приимчивости, в виду резко выра женной его специфичности, наименее испытывает воздействии со стороны природных и социальных процессов; наоборот, фактор механизма переда чи, в впду его крайней лабильности и участия внешней среды в его реа лизации, оказывается наиболее чув ствительным к изменениям, первично возникающим в природной и соци альной среде. Из сложности этих от ношений и возникает сложность кар тины внешних проявлений эпидеми ческого процесса. Эта сложность становится ещё более выраженной, если мы учтём, что в действительности приходится иметь дело со множеством инфекционных болезней (около 100, если применять обобщающие назва ния, например, «дизентерия», по су ществу объединяющие несколько форм, вызываемых самостоятельными возбудителями), поражающих чело века' и различающихся одна от дру гой резко выраженной специфич ностью возбудителей, патогенеза и механизма передачи. Особенно трудным для науки конца X I X и начала X X вв. оказалось раз решение проблемы значения соци ального фактора в эпидемиологии заразных болезней. Эпидемиологи капиталистических стран часто рассматривают процессы возникновения и распространения эпи демических болезней людей только как результат биологического взаи модействия микроба и организма. Но, как показал Маркс, «всякому особенному историческому способу производства... свойственны свои осо бенные, имеющие историческое зна чение, законы населения. Абстракт ный закон населения сущест вует только для растений и живот ных, пока в эту область исторически не вмешивается человек» (М а р к е » Капитал, т . I , 8 изд., 1935, стр. 539). Рост рабочего движения с конца Х 1 Х в . дал толчок к более тщательному раз бору причин массовых заболеваний и этим обусловил некоторый интерес к открытию связей социальной пато логии с элементами народно-хозяй ственной и политической жизни. Однако только указанное выше осве щение этого вопроса, разработанное в советской литературе, дало ему правильную трактовку, с успехом применяемую в практике борьбы с инфекциями, в том числе и такими, как туберкулёз, венерические бо лезни й г. п. Исторические данные о распро странении инфекционных болезной в разные времена и в разных странах также показывают зависимость Э. от указанных выше факторов. Сохранившиеся более или менее достоверные сведения древних ука зывают на ряд тяжёлых Э., охваты вавших большие пространства и уно сивших массы жертв. Чума была известна в глубокой древности. В V I в. хр. э. чума свирепствовала по побережью Средиземного моря и ос тавила после себя тяжёлые следы в виде целых вымерших городов. В течение X I I и X I I I вв. чума посе тила различные страны Ёвроцы и Азпи, дав большую Э. в 1230 г. в Рос сии (в Смоленске умерло от чумы 30.000 чел.). Крепости и укреплён ные города феодальной эпохи, слу жившие местом пристанища для бе гущего во время войн и осад сель ского населения с его скотом, стали постоянными очагами более или ме нее распространённых Э., уносивших значительно больше жизней, чем сами войны. Чрезвычайно характерен отмеченный во время Тридцатилет ней войны случай двух осад Нюрн берга (1632—1633 г г . ) , во время кото рых на несколько сот убитых ландс кнехтов приходилось 37.000 умерших от Э., главным образом от тифок. В средние века была широко рас пространена проказа (см.). О размерах этой болезни можно судить по коли честву убежищ для прокажённых больных (лепрозории) в различных странах Европы, которое в X I I I в. доходило до 19.000. Походы и войны способствовали разносу Э. по всему миру. Вполне установлено, что в