* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

2СЗ ч е т ы р е х л е т н я я война и ее эпоха. 264 на ряду с общими тенденциями эпохи должна привести к новому усилению германской Компартии. Совершенно своеобразный путь раз­ вития в послевоенные годы проделало профессиональное всего несколько цифровых данных, характеризующих его положение. Мы видели, что во время войны число членов „свободных" союзов сильно упало (с 2.525 тыс. в 1913 г. до 945 тыс. в 1916 г.) и лишь в 1918 г. снова стало увеличиваться. В дальнейшем картина представлялась в след. виде: 1918 1910 1820 1921 г. . . . 2.889 тис. 5.479 . 7.990 . 8.950 . движете. Прежде Итак, в первые три послевоенные года „свободное" профессиональное движение пережило эпоху головокру­ жительного взлета, увеличив число своих членов в 3V раза по сравнению с довоенным. Однако, на такой высоте оно удержалось очень недолго. Вслед затем начался постепенный отлив, и в 1925 г. „свободные" союзы насчиты­ вали всего ; только 4.188.000 членов. Никаких серьезных перестроек в стру­ ктуре или в функциях профессиональ­ ных союзов в послевоенные годы сдела­ но не было. Только в 1919 г. была созда­ на „Всегерманская федерация профсо­ юзов" („Allgemeiner Deutscher Ge•werkschaftsbund"), в просторечии часто именуемая „ADGB". Но и эта мера, в сущности, лишь узаконила то поло­ жение, которое в порядке стихийного развития сложилось еще в предвоен­ ные годы. Упомянутый отлив в области проф­ движения имел для себя достаточные основания. Как мы видели, профсою­ зы во время войны превратились в опору империализма и шовинизма. В дальнейшем положение не только не улучшилось, но значительно ухудши­ лось. В критические дни 1918 г. проф­ союзы, в лице своих руководящих уч­ реждений, стояли на крайнем правом фланге пролетарской общественности. Накануне 9 ноября они были против­ никами революции. Когда революция, наконец, разразилась, она были про­ тивниками Советов. Когда в феврале2 марте 1919 г. по всей Германии про­ катились бурные стачки и манифеста­ ции с требованием социализации круп­ нейших промышленных предприятий, они были против социализации и сов­ местно с предпринимателями система­ тически саботировали работы назна­ ченной правительством комиссии по социализации угольных копей. Так иг этой комиссии ничего и не вышло (см. подробнее X L , 294/385, Соирализация и национализация). Когда осенью 1919 г. в Берлине и других городах стра­ ны началось широкое движение под ло­ зунгом „контроля над производством", профсоюзы постарались разбить его сначала на отдельные ручейки, а за­ тем и совсем ликвидировать. Когда в 1920 г. разыгралась массовая рево­ люционная стачка в связи с попыткой контр-революциояного переворота воз­ главлявшейся Каппом, профсоюзные лидеры приложили все усилия к тому, чтобы оборвать ее в самом начале: они боялись, как бы пролетариат, под­ нявшись однажды па борьбу, не опро­ кинул с размаху самых основ буржуаз­ ного порядка. Когда в феврале 1922 г. вспыхнула грандиознхч стачка немец­ ких железнодорожников, профсоюзная верхушка выступила против забастов­ щиков на том основании, что высту­ пление не было санкционировано цептральной инстанцией железнодорож­ ного союза. Профсоюзная бюрократия не обнаружила никакой энергии даже и тогда, когда в 1923 г. началась сильнейшая атака на фабриках и в парламенте против восьмичасового ра­ бочего дня, оставшегося в качестве наследия от германской революции. Вообще германские профсоюзы после войны почти совершенно потеряли характер боевых организаций. В довер­ шение всего они не сумели сохранить доже своего былого финансового могу­ щества, т. к. взимали членские взносы и хранили накопляемые в кассах сум­ мы в бумажных марках. Конечно, та­ кая деятельность германских проф­ союзов в эпоху войны и Версальского договора не могла не сказаться на судьбах профессионального движения. С особенной силой этот процесс обна­ ружился в 1923 г., когда в связи с ок­ купацией Рура и вызванными ею со-