* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
75 Мальяра, хорошо известного в Париже с 14 июля и 5 октября 1789 года. Подоб ный же импровизированный суд был устроен втюрьме Ф о р с двумя или тремя членами Коммуны; оба эти суда поста рались спасти как можно больше за ключенных. Так, Мальяру удалось вы ручить Казотта, сильно скомпромети рованного, и де-Сомбрейля, известного за открытого врага революции. В тюрь ме Ф о р с также было много случаев оправдания; по словам Тальена, там погибла всего одна женщина — г-жа де-Ламбаль. Каждое оправдание встре чалось криками: „Да здравствует на ция!", и затем люди из толпы прово жали оправданного до дому со все возможными выражениями симпатии. В общем, погибло больше тысячи че ловек, из них 202 священника, 26 коро левских гвардейцев, около тридцати швейцарцев из их генерального штаба и больше 300 уголовных заключенных, из которых те, которых содержали в Консьержери, занимались в тюрьме выделкою фальшивых ассигнаций. Утром 4-го сентября Собрание реши лось, наконец, по предложению Шабо, сказать давно ожидаемое слово. Оно заявило в обращении к французскому народу, что хотя уважение к будущему Конвенту и мешает членам Собрания .предрешать, чего они ожидают от французской нации", они тем не менее теперь же приносят как отдельные личности ту клятву, которой не могут принести как представители народа: клятву „бороться всеми силами про тив королей и королевской власти!" „Не надо короля!Никакойкапитуляции, никакого иностранного монарха!"—по вторяли члены Собрания. И как только это обращение к нации было принято голосованием Собрания, комиссары, посланные Собранием с этим заявле нием по секциям, всюду были встре чены с распростертыми объятиями, и секции взялись немедленно поло жить конец убийствам. Но как трудно было вынудить у Со брания это заявление! Только после того как Марат стал упорно совето вать народу истребить лицемерных роялистов самого Законодательного Собрания, после того как Робеспьер стал обвинять Карра и жирондистов 78 вообще в готовности принять ино странного монарха и после того, как Коммуна приказала произвести обыски у жирондистских вожаков, — Ролана и Бриссо, — жирондист Гюаде высту пил 4-го сентября — только 4-го сен тября — с проектом заявления о готов ности представителей народа бороться всеми силами против короля и коро левской власти вообще. Если бы такое определенное заявление было сделано тотчас же после 10-го августа, и если бы Людовик X V I тогда же был предан СУДУ, — сентябрьских убийств, несом ненно, не произошло бы. Бессилие роя листских интриг стало бы ясно для народа, раз он увидел бы, что они не опираются на Собрание, на правитель ство. 21-го сентября 1792 года открылся Конвент — собрание, которое так часто представляли впоследствии идеалом всякого революционного собрания. Вы боры в Конвент произошли при почти всеобщей подаче голосов, с участием всех граждан, активных и пассивных, но оставались двухстепенными, т. е. все граждане выбирали сперва выбор щиков, а эти последние уже выбирали депутатов в Конвент. Такой способ из брания, конечно, был выгоден для за житочных классов; но так как выборы происходили в сентябре, посреди все общего волнения, вызванного народною победою 10-го августа, и многие контр революционеры, напуганные событиями 2-го сентября, предпочли вовсе не пока зываться на выборах, то результаты были менее плохи, чем можно было опасаться. В первое же свое заседание Кон вент единогласно провозгласил отмену монархии во Ф . Три ясно раз граниченные партии сошлись в Кон венте: Гора ), Жиронда и Равнина, или, вернее, .Болото" (La Plaine, потом Le Marais). Жирондисты, хотя их было меньше двухсот, господствовали. Они уже раньше, при Законодательном Со брании, давали королю министерство (Ролана) и стремились заслужить славу .государственных людей". Состоя из людей образованных, изящных, тонких политиков, партия Жиронды продста1 •) L a Montague; отсюда — олово н о в т ш и р ы .