* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

•641 А. В. ЯКИМОВА. 642 № 1/8 1924 г., А. Якимова „Из далекого прошлого", стр. 9—17). 3-го марта в разное время дня Богдано­ вич и я ушли из магазина и по разным железным дорогам, я через Смоленск, уе­ хали в Москву. Прожила там около lVa месяца и поехала в Киев отдохнуть на юге и устроить свои личные дела, но в тот же день по приезде, 21 апреля, была арестована вместе с Мартыном Рудольфо­ вичем Ланганс в меблированных комнатах у Ф. А. Морейнис. Посадили меня в Киев­ ский тюремный замок. Обстановка там в первое время была такова, что друзья ста­ ли думать об устройстве мне побега (на­ верное не помню под какой фамилией была арестована, а кажется, Емельянова, Ольга Владимировна, имя и отчество помню хо­ рошо). Жандармы тогда еще не подозревали мою причастность к террористическим де­ лам, но через некоторое время был при­ везен в Киев В. Меркулов*), который при­ знал меня, и сейчас же обстановка изме­ нилась, был усилен караул, так что мечты о побеге сразу рушились. Возили меня сначала в Александровен для предъявления хозяевам дома, где мы жили с Желябовым, а потом в Питер. После короткого пребывания в департамен­ те полиции (несколько часов), при чем посадили в какую-то комнату, через кото­ рую пробегало много людей, очевидно, шпи­ ков, повезли в Петропавловскую крепость. При перевозке по железной дороге, кроме 3-х жандармов, сопровождал жандармский офицер, который в начале пути заявил мне; „Не вздумайте дорогою шалить... знай­ те, что у меня приняты все меры!" Судилась я по процессу 20-ти народо­ вольцев, с 9 по 15 февраля 1882 г. („Былое" за 1906 г. Ке 1—„Процесс 20-ти народо­ вольцев", стр. 222—301). Приговорена к смертной казни, замененной бессрочной каторгой. До 25-го июля 1883 г. сидела в Екате­ рининской куртине Петропавловской кре­ пости с короткими промежутками сиденья в Трубецком бастионе. Я была изолирована в Екатерининскую куртину потому, что при мне был маленький ребенок, родив­ шийся 13 окт. 81 г., в Доме предв. закл., крик которого не должны были слышать другие заключенные. Там же в противо­ положном конце коридора помещался до казни Суханов. После конфирмации приговора все осу­ жденные были переведены на каторжное положение: одни в Алексеевский равелин, другие в Трубецкой бастион, я в Екате­ рининскую куртину; но везде режим -) Рабочий, участвовавший в подкопе на Италь­ янской, где он впервые встретился с Якимовой. В. Фигнер ;; вводился один и тот же: переодеты были в казенную дерюгу, лишены пользования своими средствами (мыла, чаю, сахару), давался только кипяток утром и вечером (ели черный хлеб с солью и кипятком). Лишены были медицинской помощи (в край­ нем случае в первое время призывался только фельдшер), книг, и, кроме библии или евангелия, ничего не давали. Пища должна была быть солдатская, но благодаря сильному воровству ужасно отвратительная. Мой грудной сын энергично запротестовал против такого питания; начались сильные желудочные заболевания, и кричал он бла­ гим матом день и ночь. К ребенку являлся доктор Вильмс, и по его предписанию мне стали давать, вместо жидких водянистых кислых щей, бульон два раза в день, а через некоторое время дали бутылку мо­ лока и 3-копеечную французскую булку вдень. Благодаря ребенку, пускали на про­ гулку сначала через день на 20 минут, а потом и каждый день; давали мыла для купанья ребенка и стирки в камере его белья. При моем заболевании приходил фельдшер, и в первый раз доктор Вильмс пришел лично ко мне, по вызову фельд­ шера, который думал, что у меня начи­ нается гангрена (были злокачественные нарывы от худосочия), в результате чего мне дан был рыбий жир и увеличена еже­ дневная прогулка,кажется, до V 2 40м. („Историко-революционный Вестник", № 1 (4) 1922 г. Издание О-ва политкаторжан и ссыльнопос. А.Якимова.—„Из прошлого", стр. 13—17). В августе 83 года была отправлена в Сибирь. (Наше путешествие описано в бро­ шюре А. В. Прибылева—„От Петербурга до Кары"). Каторгу отбывала на Каре и в Акатуе. На Кару привезли меня в конце мая 1885 г., так как в Красноярске болела тифом, кроме того все время был болен ребенок, кото­ рого и в Красноярск привезла с воспале­ нием легких, а потом бронхитом, ветряной оспой и пр., пока не передала его на волю знакомым, в семью административного ссыльного Сергея Васильевича Мартынова, так что в Красноярске пробыла больше полугода. Затем болела в Чите и лежала несколько месяцев в военном полугоспи­ тале. С конца мая 1885 г. по сентябрь 1890 г. содержалась в общей женской политиче­ ской тюрьме, после чего условия содержания политических были радикально изменены, и отдельные политические каторжные тюрьмы уничтожены. Из мужской тюрьмы 17 чело­ век тогда было выпущено в вольную коман­ ду, а 13 человек отправлено в Акатуй во вновь отстроенную тюрьму для помещения вместе с уголовными и с обязательными работами в рудниках; из женской тюрьмы 4 и л и 21