* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

551 Социализм. 552 но подробно развил идею необходимо­ сти сплоченной революционной партии и ее задачи после победы. Проповедь Ткачева была также одним из факторов, подготовивших и ускоривших переход от анархического бунтарства „Земли и Воли" к той политической борьбе, которую повела отколовшаяся от баку­ нистов в 1879 г. партия Народной Воли. Дело в том, что надежды бунтарей на народное восстание не оправдались. С одной стороны, непрерывные массо­ вые аресты, последовательные разгро­ мы организации, сопровождавшиеся каторжными приговорами и даже каз­ нями, делали все более трудной аги­ тацию в крестьянстве и все более выдвигали вопрос о необходимости изменений политического строя. С другой стороны, само крестьянство оказывалось далеко не столь воспри­ имчиво к революционно-социалистиче­ ской пропаганде, как этого ожидали народники на основании своей теории об инстинктивном социализме мужика. Наконец, жестокие политические пре­ следования и судебные процессы не­ ожиданно выявили сочувствие к рево­ люционерам со стороны т. наз. либе­ рального „общества", которое загово­ рило о необходимости „конституции" и политической свободы. Все это яви­ лось причинами разрыва большинства революционеров с народническим анар­ хизмом, для которого, кроме принци­ пиально отрицательного отношения бакунистов ко всяким формам госу­ дарственной власти, имело большое значение еще и то соображение, что конституция и парламентаризм, как это было в Западной Европе, лишь укрепили бы развитие буржуазии в России. И вот, если под влиянием Ткачева одна часть народовольцев меч­ тала о захвате власти революционе­ рами, то другая, более трезвая и уме­ ренная, надеялась при помощи террора лишь заставить правительство дать России европейские политические формы. Это был поворот от идеалов общинного мужицкого анархизма к европейскому радикализму. Старое бакунистское народвичество, с его отрицанием политической борь­ бы, еще продолжало существовать не­ которое время в организации „Черный Передел", но после 1881 г. оно навсе­ гда отошло в область истории. Анар­ хизм 1904 — 7 г., как мы увидим, имел уже совершенно другие социальные корни. О „легальном" народничестве 80-х г. (В. В. и др.) мы будем гово­ рить позже. Последним отзвуком чис­ того аполитического народничества можно считать социальное учение Толстого в эпоху 90-х и 900-х г., проповедовавшего своеобразный бой­ кот государственной власти, возвра­ щение к простой, деревенской жизни и организацию коммунистических об­ щин. Если возникшая в то время пар­ тия социалистов-революционеров (с.-р.) отчасти отражала пробудившиеся ре­ волюционные настроения крестьян, то мирный полурелигиозный народниче­ ский анархизм Толстого был идеологи­ ческим преломлением в уме послед­ него „кающегося дворянина" настрое­ ний некоторых социально-религиозных сект крестьянства, при чем од­ ной из них, духоборам, удалось даже создать в Канаде наиболее многочи­ сленную и устойчивую коммунисти­ ческую общину из всех подобного ро­ да коммунистических колоний Аме­ рики. Между тем, развитие промышлен­ ного капитализма в России, со всем» его неизбежными последствиями, хо­ тя и началось давно, но особенно ста­ ло заметно к концу 70-х г., и не за­ метить его могли лишь отдельные наиболее упрямые могикане народни­ чества, вродеВ.В.(В.П. Воронцова,ам.) который в своей книге „Развитие ка­ питализма в России" (1882) доказы­ вал, что в России нет почвы для ка­ питализма, так как нет для него ни внутреннего, ни внешнего рынка. Это развитие капитализма подготовило но­ вый этап в развитии социалистиче­ ской мысли в России, резко и принци­ пиально отличный от всех предше ствующих-.ш^ксиз,л((ал*.).Маркс был дав­ но уже известен среди русских народни­ ков: „Капитал" появился в русск. пер. в 1872 г. и сразу сделался одной и» наиболее читаемых и уважаемых книг среди народнической интеллигенции. Но он уживался не только, рядом с Лассалем, но и с Прудоном и Баку­ ниным. Ослепленные своей теорией.