* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

549 Социалистическая мысль в России. 550 ве идеи Прудона, большим поклонни­ ком которого он являлся. Отличался он от бакунистов и тем, что скепти­ чески относился к будущему револю­ ционно-социалистическому творчеству самого крестьянства и, наконец, тем, что закрепления и развития общины ожидал от государственной власти, если она будет действовать в союзе с социалистической интеллигенцией. Революционная молодежь 70-х г., осо­ бенно их второй половины, в гораздо большей степени сочувствовала баку­ низму с его проповедью бунтарства и немедленной социальной революции, чем консервативному и компромиссно­ му социализму Михайловского или проповедям длительной пропаганды, которые вели последователи Лаврова, „лавристы". Важнейшие революцион­ ные организации 70-х г., об'единившиеся с 1876 г, в обществе „Земля и Воля", были бакунистскими, при чем среди наиболее талантливых теорети­ ков й практиков бакунизма выделился в конце 70-х г. будущий основатель русской социал-демократии—Г. В. Пле­ ханов (см.). С середины 70-х г. ярко выявилось еще одно течение русской социали­ стической мысли, стоявшее в стороне от всех остальных и в резкой проти­ воположности ее основному анархиче­ скому руслу. Это было уже упоминав­ шееся нами течение „Набата", жур­ нала, основанного за границей эмигри­ ровавшим Ткачевым и в наиболее яркой и логически - последовательной форме продолжавшего якобинско - бланкист­ скую традицию 60-х г. Ткачев высту­ пил с резкой критикой русского анар­ хизма, где—совершенно в духе Мар­ кса и Энгельса—доказывал, что уни­ чтожение государственной власти мо­ жет наступить лишь в результате „равенства", т.-е. уничтожения классов и классовой борьбы, что, наоборот, задачей действительных революцио­ неров является „овладеть правитель­ ственной властью и превратить дан­ ное консервативное государство в государство революционное". Эту за­ дачу, по мнению Ткачева, оставшегося в этом вопросе идеалистом и утопи­ стом, выполнить в России не трудно, т . к. самодержавное правительство, не имеет глубоких социальных корней и держится только насилием. Взять на себя эту задачу должна революцион­ ная интеллигенция, „люди умственно и нравственно развитые, т.-е. мень­ шинство". Заговорщицкая организация революционеров должна не „подгото­ влять революцию", как думал Ла­ вров,—это делают сами господствую­ щие классы и правительство своей эксплоатацией и насилиями,—а лишь использовать революционную обста­ новку. Рядом террористических уда­ ров революционная партия расшаты­ вает и дезорганизует власть, вызы­ вает революционное движение в народе и лишь после того захватывает власть. Но „захват власти, являясь необходи­ мым условием революции, — не есть еще революция. Это только ее прелю­ дия". Настоящая революция начина­ ется лишь после захвата власти и со­ стоит в том, что революционное го­ сударство, с одной стороны, беспо­ щадно, без всяких компромиссов и колебаний, разрушает и уничтожает остатки старого строя, и, с другой, с мудрой постепенностью и эластично­ стью, считаясь с экономическим и умственным уровнем народных масс и пользуясь могучим орудием государ­ ственной пропаганды, вводит элемен­ ты нового социалистического строя. На­ конец, Ткачев один из первых указал на всю важность для успеха револю­ ции существования строго централи­ зованной, дисциплинированной партии, с „ясной, точной, строго определен­ ной, последовательной, выдержанной программой". Взгляды Ткачева имели ничтожное число последователей среди русских революционеров 70-х г., особенно еще потому, что он не верил совершенно в возможность революционной инициа­ тивы со стороны крестьянства и тем лишал народников-бунтарей той соци­ альной опоры, на которую они больше всего надеялись. Но, как это часто бывает, нападая на Ткачева, многие революционеры той эпохи невольно и бессознательно впитывали в себя и его критику и его теорию революции. Вероятно, отчасти под его влиянием, Лавров в своей книге о Парижской Коммуне, вышедшей в 1879 г., особен18*