* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

67Э РОССИЯ. 630 ва и затем эпоху после реформы 1861 года. 1. Как известно, после мероприя­ тий Екатерины II, к началу X I X вкрепостной правопорядок принял в Р . формы, уходившие далеко от крепостного права, как его на сто­ летие нлина два раньше знали страны европейского континента. Феодальный характер и русского крепостного права в начале X I X века проявлялся в специфическом для феодализма сочетании вотчинных прав помещика в нравами государственного управле­ ния, ибо несомненно, что наши по­ мещики являлись одновременно и низшей ячейкой правительства в де­ ревне, имея всю полицейскую власть над крестьянством, взимая с него по­ д и и в пользу государства, поставляя рекрутов и выполняя функции граж­ данского и уголовного судьи с пра­ вом применения телесного наказания и даже ссылки. Однако, здесь кон­ чается сходство русского крепостного права начала X I X века с западным крепостным правом ХУП и XVIII в *. Права русских помещиков шли гораздо дальше: они заключались в том, что крестьянин уже не был при­ креплен в земле, а принадлежал по­ мещику как вещь, как рабочая сила, которую помещик мог продавать и независимо от земли. Так, э дорефор­ менном законе о состояниях (ст. 1068, т. I X ) прямо указывалось, что кре­ постные люди перекрепляются от од­ ного владельца к другому «яа осно­ вании общих правил о переходе част­ ной еобствевности». Тот же закон допускал и принудительное отчужде­ ние кресгьян без земли (ст. 1040). На­ конец, достаточно указать на особую многочисленную группу крепостных, креотьяя, неизвестных Западу—на дворовых, которые вообще на поль­ зовались землей и обслуживали лич­ но помещика, чтобы сказать, что после Екатерины крестьянин был в сущности рабом помещика (он. об этом подробнее А. Э. Борис, «Ре­ форма крест, землевлад.», стр. 23 в сл.). Именно эта рабская, чисто лич­ ная, помйш земли, зависимость по­ мещичьих крестьян отличала их по­ ложение от положения крестьян го­ сударственных, знавших в эпоху крепостного права феодальное при­ крепление к земле с барщиной, об­ роком п т. п., но не знавших лич­ ного рабства. И все же, несмотря на то, что в эту эпоху частновладельческий крестьянин в сущности уже являлся не субъектом, а простым объектом права, при чем по закону крестьянин даже не мог обращаться в суд с жа­ лобой на помещика (см. ст. 175 за­ кона судопроизводства гражд., т. X , до реформы 61-го года), несмотря на все это, уже и в ту эпоху можно отметить участие крестьянского дво­ ра и отдельных крестьян в общем гражданском обороте. Это утвержде­ ние верно не только в отношении крестьян, отпущенных на волю или «вольных хлебопашцев» эпохи Але­ ксандра I , или, наконец, крестьян государственных или удельных, оно верно и в отношении частно-владель­ ческих крестьян. Тан, например, в том же дореформенном Уставе о сельском состояния прямо указыва­ лось, что крестьяне пользуются все­ ми семейными правами на общем основании законов, н лишь для всту­ пления в брак требовалось согласие помещика. Более того: по ст. ст. 1138 —1146 д о р е ф о р м е н н о ^ тома I X , по ст. 1105 т. X и т. д^крестьяне могли приобретать в собственность земли, дома и лавки, могли получать таковые по наследству и могли даже учреждать фабрики и заводы, зани­ маться различными промыслами, да­ вать деньги в заем и т. п. Следорательно, формально даже частновла­ дельческие крестьяне и в начале X I X века могли быть участниками общего гражданского оборота и ноль-