* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
381 Религия. 382 связи между практикой и теорией, при первенстве первой; но основной ее недостаток, колеблющий ее в целом, заключается в том, что она смешивает страх смерти, являющийся производ ным инстинкта самосохранения, со страхом перед мертвецом, как onacHbiM объектом; созвание опасности мер в' ца не может Сыть инстинктивным и, следовательно, первичным, а потому не правильно отожествлять страх смерти со страхом перед мертвецом и подме нять первый ьторым. Отвергая ани мистическую теорию в целом, научное исследование, однако, пошло по ука занному ею п у т и : оно стремится у г л у бить наше проникновение в первобыт ным Сыт и первобытную психику и найти там такие действительно первич ные эмоцип и воззрения, которые могли дать начало Р. Т у т , прежде всего, надо отметить г и п о т е з у о т. наз. аниматизме (точнее — антропоморфном доанимизме), как миросозерцании, пред шествующем анимизму. В отличие от последнего, аниматизм не мыслит существования духов как отдельных , уществ, но характеризуется тем, что все вещи и существа первобытный человек признавал такими жо живыми, как и он сам, или, выражаясь совре менным термином, как бы одушевлен ными существами (отсюда и не впол не удачный термин „аниматизм*), не проводя, однако, различия между материальной оболочкой и живущим в ной духом. Таким образом, в про тивоположность анимизму, являюще муся дуалистическим миросозерца нием, аниматизм может быть характе ризован как монистическое миросозер цание; это различие още более оттени ло вторичный характер анимизма, но еще не подвело ближе к разрешению проблемы о происхождении Р. Вопрос стал яснее тогда, когда в сферу иссле дования была привлечена магия (см.), которая у первобытных народов тесно переплетаотся с Р. и окрашивает собою ряд обрядов во всех исторических Р., не исключая и христианства. В новей шей этнологии встречается течение, сторонники которого считают магию более древним явлением, чем Р., и пы таются доказать, что Р. вырастает так или иначе на почве магии. Наиболее решительную позицию в этом смысле занимает Фрэзер (см.). Опираясь на общепризнанное различие между ма гией и Р., заключающееся в том, что магия действует принудительными средствами, а Р. — просительными средствами воздействия на волю богов, Ф рэзер полагает, что человек пытается сначала бороться с природой, исходя якобы из воззрения, что существует определенный естественный порядок вещей, на к о т о р о й можно воздейство вать определенными средствами с обя зательным эффектом (аналогичная ИЛИ симпатическая магия);однако,затем че ловек, по мнению Фрэзера, после ряда неудач приходит к выводу, ч т о такогоестественного порядка нет, но что ход вещей зависит от вмешательства чьейто воли, индивидуализирующей собы тия; т о г д а человек начинает пробовать воздействовать н» э т у волю (духов или богов) молитвой и дарами, т.-е. религи озным культом. Конце! ция Фрэзера, однако, не может быть признана удач ной, т. к. она подразумевает наличие у первобытного человека еще более развитой способности к рефлексу, чем э т о предполагали анимисты, способно сти, простирающейся до того, что чело век каменного века мог выработать свою законченную н а т у р - ф и л и с ф и ю и видоизменял ее сообразно эмпириче скому опыту. Более удачно подошел к вопросу о взаимоотношении между магией и возникновением Р. англий ский этнолог Марэтт (1S00). Объясняя происхождение магии не совсем праьильно (из зоологических аффектов первобытного человека), Марэтт в даль нейшем приходит, однако, к правиль ному выводу, что практика магии спо собствует возникновению у первобыт ного человека представления об особых, магических свойствах некоторых пред метов, определяемых первобытным че ловеком в смысле особой силы, которой они обладают; отсюда, выделяется це лый ряд феноменов о к р у ж а ю щ е ю мира, которые при помощи заключающейся в них силы способны нарушить нор мальный ход жизни, вредить человеку и причинять ему смерть. На почве этого доанимистического комплекса представлений и возникает Р., основы вающаяся на страхе и преклонении перед такими феноменами; с одной стороны, их избегают и берегутся (отсюда т . н. табу), с другой — на них. начинают воздействовать молитвами,, которые восходят к магическим заго ворам, и дарами. В этой концепции самым интересным является привле чение первобытного представления о силе, которое, действительно, с у щ е ствует у всех малокультурных наро дов, свойственно также историческим Р. и одинаково признается как магией, так и Р.; но оно может оказаться пло дотворным только при правильном по-