* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
29 ДостоевскШ. so своего человеческая содержания. Но рядомъ съ этимъ миром* болезненной, жалостливой любви находится для них* другой Mipe, где они чувствуют* себя презренными, шутами, где они прези рают* себя и ненавидят* других*. Мар меладов*, пьянствующий* въ этом* дру гом* Mipe, сгорает* высшей жалостью въ первом*. Лебедев* знает*, что онъ „нищъ и нагъ, и атом* въ коловраще нии людей", и „для самоумаления" онъ называет* себя перед* людьми не Лукьянъ Тимофеевичъ, какъ следовало бы, а Тимофей Лукьяновичъ; онъ чув ствует*, какъ „всяк* изощряется надъ ним* и всякъ вмале не пинком* сопро вождает* его"; и для общения съ людьми онъ толкует* Апокалипсис*, ибо „въ толковании семъ онъ равенъ вельможе" и „вельможа затрепетал* на кресле сво ем*, осязая умомъ"; но и у Лебедева есть собственный маленькШ лпрокъ, где онъ еще не шутъ, не устрашитель вель мож*, а живущий искренним* и силь ным* безпокойством* человек*. И та кой же MipoK* есть у штабсъ-капитана Снегирева, уже озлобляющаяся, уже г о т о в а я , при одной мысли о потере этого Mipa, къ роли озлобленная и м с т я щ а я шута. И npncyrcTBie этихъ промежуточные характеров* помо гает* читателю понять весь, полный страдашя путь человеческая извращешя отъ Макара Девушкина до Смердякова или капитана Лебядкина. Но главными героями лучшихъ романовъ Д. являются люди иных* характе ров*, люди съ раздвоенной душой, съ противоречивыми побуждениями. Они также страдают* отъ оскорбления, на носимая человеку человечеством*, но если въ первой группе Девушкиныхъ, Мармеладовыхъ, Лебядкиныхъ оскор бление сопровождается сознанием* своей униженности, то здесь оно вызывает* чувство протеста. Раскольниковъ,Иванъ Карамазов* — наиболее яркие вырази тели такого состояния души. Протест* Раскольннкова активен*. Онъ смело борется съ обществомъ, борется въ то же время одной частью существа съ другой, не допускающей его сделать то, что ему кажется необходимыми Если отдельный человекъ, — разсуждает* онъ, — какой-нибудь Ньютон* или Кеплер* не мог* бы довести своих* открытий до сведения людей иначе, какъ пожертвовавъ жизнью одного, де сяти или ста человекъ, то онъ обязан* былъ бы устранить этихъ десять или сто человекъ, и все „изъ колеи вы ходящие люди" должны по природе свой непременно быть преступниками, т. е. закону, поставленному обществомъ, должны противопоставлять они свой собственный, имя признанный и счи таемый справедливымъ законъ; необык новенные люди имеют* право „раз решать кровь по совести", имеют* право убить, если это необходимо для ихъ необыкновенной цели. Между чело веком* изъ подполья и Раскольииковымъ, между одиноким* злючкой и одиноким* выискивателемъ новых* пу тей—большая разница въ окончательныхъ действиях*, но не въ отправной точке. Если Mipb скверен*, если я зани маю въ нем* страдательную роль, то буду же я мстить этому ми'ру тем*, что самъ на себя посмотрю, как* на нечто, одной своей низостью оскор бляющее Mip*, — так* беэсознательно направляют*свойжизненныйпуть люди изъ подполья. Если общество отврати тельно и оскорбляет* меня, — разсуждаетъ Раскольников*.—то я имею въ себе достаточно силъ, чтобы сразиться съ ним* и проявить свою волю. Но, сражаясь съ обществомъ и перешаги вая черезъ принцип*, установленный обществомъ, Раскольниковъ не заме чает*, что главную борьбу ему при ходится вести не съ обществомъ, а съ самимъ собой. Общество гнететъ чело века не одним* только темъ, что оно сейчас* предъявляет* къ нему сгвснителъныя требовашя, но и твмъ, что оно заложило въ немъ свои понятия, свои принципы, создало въ отдельном* человеке залежи, отъ которыхъ уже нельзя отделаться и съ которыми нельзя победоносно бороться. Расколь никовъ, убивший старуху-процентщицу, перешагнулъ черезъ общественное за прещение; для этого our* нашел* въ себе достаточно силъ. Но отвращение къ отнятию чужой жизни, которое съ давтгхъ поръ заложено въ немъ, какъ въ члене общества, не может* быть уничтожено одним* фактом* убийства. Борьба не уничтожена преступлением*, после него она только и загорается во