* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
415 Гуситы. 416 му-то съ требовашемъ чаши для м1ряиъ сливалось и другое требование, которое должно было демократизировать самую релипю, сдълавъ ее доступной для широкихъ слоевъ общества,—свободная проповедь на нащональномъ чешскомъ языкъ. Сюда присоединялось желание воспользоваться огромными богатства ми церквей и монастырей. Своими ко лоссальными доходами и многочислен ностью духовнаго сословия чешская церковь тогда выявлялась даже среди другихъ европейскнхъ государствъ. На 3 миллюна чешскаго населешя приходилось более 100 монастырей и 2000 священниковъ. Въ рукахъ духовиыхъ лицъ находилось не менее Чл всего королевства. Пражсшй архиепископъ владелъ 400 селами и более чемъ 10-ю городами. Простой народъ устраивалъ в ъ это время огромный со брания въ Праге и на поляхъ, за ея стенами. Часто эти собрашя выходили за пределы мириыхъ демонстраций, и собравшиеся бросались грабить церкви и монастыри. Более организованное чешское дворянство также стало за хватывать себе въ это время церков ный имущества. Но только черезъ 4 года после казни Гуса чешское дви жение вступило въ фазисъ настоящей революцш, и чехи открыто отпали отъ католической церкви, разорвавъ въ то же время и со светскими властями. До этого времени король Венцеславъ держался довольно миролюбиво по отношению къ Г. Въ 1419 же году онъ, уступая требовашямъ своего брата, германскаго императора Сигизмунда, выступилъ противъ нихъ довольно р е шительно. Тогда толпа простого наро да бросилась къ ратуше и завладела городомъ; король бежалъ изъ Праги и скоро умеръ. Корона по праву насле дования должна была перейти къ им ператору Сигизмунду, но чехи отка зались его признать, и въ двухъ битвахъ разбили его арм1ю. Сигизмундъ принужденъ былъ оставить Чехйо. На чалась гуситская революция. Съ изгнашемъ Сигизмунда, гуситство перестало быть тайнымъ учениемъ. Общдй врагъ былъ побежденъ, и тогда-то выступили на сцену мно гообразный различая между разными общественными группами чешскаго об щества. Настало время уже не нацио нально-религиозной, а социально-эко номической борьбы. Высшая чешская буржуазии н землевладельческая ари стократия Чехш составили умеренную партию каликстиновъ (отъ calix—чаша) или утраквистовъ (sub utraque specie— подъ обоими видами, т. е. виномъ и чашей). Дворянская аристократия дер жалась гуситства потому, что въ е я руки по преимуществу попала отнятая у церкви земельная собственность, и она стремилась всеми силами удержать ее въ своихъ рукахъ. Помимо этого среди дворянской аристократии оппо зиционное настроение обусловливалось и ея стремлешемъ играть крупную политическую роль въ стране; она хотела в ъ сущности обратить Чехно въ аристократическую республику, въ которой король игралъ бы лишь роль почетнаго лица. Для богатой буржу азии гуситство тоже было выгодно, ибо ея представители захватили себе конфискованное у церквей и монасты рей движимое имущество. Когда гу ситство одержало въ Чехш победу надъ своими врагами, в ъ руки чешской же буржуазии попали и богатства т е х ъ городовъ Чехии, въ которыхъ было не мецкое население н которые поэтому не могли примкнуть къ гуситству, какъ къ нашональяо- чешскому д в и ж е т » . Въ ч и с л е чисто нем. городовъ былъ и Куттенбергъ, славившийся своими зна менитыми, богатейшими въ Европе серебряными рудниками. Въ самомъ начале гуситской революции Куттен бергъ былъ в з я т ь чешскими войсками, и эксплуатащя его рудниковъ доста лась чешской буржуазии. Это, конечно, еще сильнее привязало ее къ гу ситству. На ряду съ умереннымъ гуситствомъ возникло и более радикальное. Его главными участниками были кре стьяне в ъ селахъ и мелше ремеслен ники и рабоч1е въ городахъ. Чехия пере живала тогда перюдъ аарождающагося денежнаго хозяйства. Какъ и всюду, денежное хозяйство на первыхъ своихъ ступеняхъ вызвало обострение сощальныхъ противоположностей. Все расту щая роль денегъ въ экономической жизни вызвала у помещнковъ, съ одной стороны, стремлеше обременять кре-