* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

С (684–744) С дой из этих трех форм, по словам П. И. Стучки, происходит классовая борьба с чуждыми им системами интересов. Соотношение этих трех форм классовости П. И. Стучка определял следующим образом: «Мы, — говорил он, — признаем безусловный и непосредственный примат за первой. Она влияет, с одной стороны, уже как факт, а с другой — путем отражения в обеих абстрактных формах. Но ее правовой характер зависит от последних и влияние последних может оказаться подчас решающим». Предложенная П. И. Стучкой теоретическая конструкция соотношения трех правовых форм расходится с его же утверждением, что «объективный элемент права» находится «в конкретных отношениях, а не в их прямом или косвенном отражениях». Это утверждение атвора, как, впрочем, и многие другие, носит лишь вербальный характер и не получает сколько-нибудь теоретически последовательного воплощения. Так, «конкретное отношение», получающее в его схеме правовое значение лишь от абстрактных форм, никак не может быть охарактеризовано в качестве «объективного элемента права». Более того, это «конкретное отношение» (общественное, экономическое, т.е. базисное, материальное отношение) вообще не является правом, а правовым оно становится, по схеме самого П. И. Стучки, лишь благодаря закону или идеологии. Такое отношение становится правовым лишь после его законодательной регламентации. Иначе говоря, это — не правовое отношение, а законоотношение. Сказанное, в частности, означает, что П. И. Стучке, вопреки его вербальным историко-материалистическим утверждениям о первичности и примате материальных и базисных отношений перед идеальными и надстроечными, не удалось применительно к праву в теоретической форме показать, каким же образом материальное «порождает» и «определяет» идеальное, экономический базис — юридическую надстройку, общественные отношения — право и т.д. Вместо всего этого он (для подкрепления представления о примате базиса) сперва наделяет базисное (общественное, материальное, экономическое) отношение надстроечным (правовым) свойством, но затем тут же признает, что источником этого правового свойства общественного отношения является не базис, а надстройка (закон, идеология). Право, следовательно, творится, согласно его схеме, не базисом, а надстройкой (законом, идеологией). Рассматривая проблему соотношения права и закона, он, с одной стороны, прямо выступа- ет против отождествления права и закона, подчеркивая, что «закон не обнимает всего права, что он не тождественен с правом», а, с другой стороны, ему не удается на теоретическом уровне (в виде целостной и логически непротиворечивой концепции) выразить свои эти утверждения о различении права и закона. К «праву» в целом, П. И. Стучка кроме «закона» относит еще две правовые формы («правовое отношение» и «идеологию»). Только в этом смысле «закон» у него не совпадает с «правом», и по своему объему «не обнимает всего права». Но в концептуальном плане определяющее значение имеют содержательно-правовые свойства тех элементов (в данном случае — трех «правовых форм»), которые включаются им в понятие «право». Ясно, например, что неправовые элементы («формы») нельзя включать в право. Далее, очевидно, что включаемые в единое понятие права разные элементы должны быть не разнородными и разнотипными феноменами, а лишь различными проявлениями (разными формами проявления) одного и того же — именно правового — начала, принципа, свойства. К тому же в понятие права, в соответствии с требованиями логики, необходимо включать лишь те элементы, которые содержат первичные (а не производные) сущностные характеристики (определения) права. Названные концептуальные требования не соблюдаются в предложенной П. И. Стучкой конструкции соотношения права и закона. Так, хотя он и настаивает на «примате» так называаемой «конкретной правовой формы» («правового отношения»), но поскольку правовое свойство этой формы (и отношения) у него зависит от закона (и отчасти, видимо, от «идеологии» в виде правосознания), постольку данная форма (и данный элемент понятия права у П. И. Стучки) носит в правовом смысле производный, вторичный характер (она сама по себе, без закона или правосознания, не является правовой) и, следовательно, вообще не может быть включена в понятие «право». Первичными носителями «правового характера» в конструкции П. И. Стучки (в отличие от его вербальных утверждений) фактически оказываются «закон» и «идеология», а не «правовое отношение» (базисное общественное отношение, представленное у П. И. Стучки как одновременно «правовое отношение»). Определяя «закон», П. И. Стучка писал: «Правовой нормой, или законом, мы называем принудительное правило, исходящее от государственной власти и относящееся к области права». Отождествление здесь «правовой нормы» и «закона», в частности, означает, что 738