* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

В (136–182) В обвинительного приговора. Однако судебная практика, в которой автору приходилось действовать в качестве государственного обвинителя, весьма далека от идеалов, положенных в основу книги. Он прекрасно понимал, что ни один из принципов в пользу подсудимого, провозглашенных советским законодательством и обоснованных в работе, на практике не действует, поскольку само государство сочло необходимым внести соответствующие исключения из закона, а партийные органы разрешили применение физического насилия, пытки в качестве основного способа получения признательных доказательств. И в этих условиях А. Я. Вышинский действовал вопреки своей теории, принял все меры к тому, чтобы обеспечить вынесение неправосудного приговора, основанного на одних лишь признаниях подсудимых. Как государственный обвинитель он стремился к тому, чтобы создать видимость доказанности обвинения, а отсутствие необходимых доказательств по делу он восполняет наигранным негодованием по поводу совершенных тяжких преступлений и лиц, их совершивших. Так, обвинительную речь по делу троцкистско-зиновьевского террористического центра А. Я. Вышинский закончил словами: «Взбесившихся собак я требую расстрелять всех до одного!». Аналогичные фразы шли рефреном и в других его обвинительных речах. Все подобные «подвиги» А. Я. Вышинского в качестве государственного обвинителя и на иных постах партия достойно оценила, наградив его тремя орденами Ленина, орденом Красного Знамени и многими медалями СССР, а затем сочла необходимым похоронить его прах у Кремлевской стены. В. М. Сырых