* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ БИОГРАФИЙ ограничивается сферой прав и интересов самого потерпевшего. Одновременно ученый считал нецелесообразным давать в законе легальную дефиницию понятия «вина потерпевшего» на том основании, что в действующем ГК РСФСР нет и общего понятия вины в гражданского праве. Такой пробел он признает правомерным, поскольку его восполнение составляет удел науки гражданского права и судебной практики. Однако Б. С. Антимонов не пояснил причины, в силу которых не может быть легальной дефиниции вины в гражданском законодательстве. Казалось бы, наоборот, все позитивное, что достигнуто наукой и практикой в части нормативно-правового регулирования, должно восприниматься законодателем, поскольку только таким образом совершенные нормативные предписания, сформулированные учеными или судебными органами, могут получить атрибут общеобязательности и потому всеобщности. Оригинальные положения высказывал Б. С. Антимонов и по вопросам применения юридической ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности. Понятие «источник повышенной опасности», используемый в ГК РСФСР, по мнению ученого, имеет условный смысл и его достаточно трудно раскрыть. Более правильно, по его мнению, поступил Совет Министров СССР, приняв Кодекс торгового мореплавания СССР, Воздушный кодекс, в котором названный термин отсутствует. Характерная особенность ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности, состоит в том, что она может быть применена и без вины. Возникший в этих случаях вредоносный результат определяется, как правило, не виной, проявившейся в поведении причинителя вреда. Б. С. Антимонов не согласен с авторами, которые квалифицирующий признак источника повышенной опасности ищут в транспортном средстве или ином механизме, говоря, например, «о трудностях торможения» или «неполном подчинении сил природы или свойств вещей», не подвластных контролю со стороны человека. Эти признаки, считает он, оказываются в одних случаях слишком широкими (несмотря на их наличие повышенная ответственность не применяется, а существуют только обыкновения); в других — при отсутствии данных признаков наступает повышенная гражданская ответственность. Определяющей причиной применения повышенной ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности, Б. С. Ан- тимонов признает саму деятельность. «Источник повышенной опасности, — утверждал он, — в смысле ст. 404 ГК РСФСР — это правомерная сама по себе деятельность или правомерные действия. Неправомерным закон признает факт причинения вреда при осуществлении деятельности». В этом, по его мнению, и заключается одновременно и смысл понятия «источник повышенной опасности», примененный в ст. 403 ГК РСФСР, и основание для возложения повышенной ответственности на владельца такого источника. Если такого владельца не в чем упрекнуть с точки зрения закона, то установлением ответственности (в данном случае ГК РСФСР) побуждает владельца к творческой деятельности для недопущения подобных и иных несчастных случаев. Для деятельности, признаваемой источником повышенной опасности, не имеет характер деятельности, равно как и правовой статус лица, осуществляющего эту деятельность. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, может возникать в производственной, хозяйственной, научно-исследовательской деятельности и даже в сфере управления. Субъектом ответственности может выступать как гражданин, так и социалистическое предприятие, учреждение, общественная организация, утверждал он. Недостатком действующего гражданского законодательства Б. С. Антимонов считал отсутствие в нем исчерпывающего перечня случаев применения ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности. Такой перечень, полагал он, должен быть в ГК РСФСР установлен, поскольку речь идет об исключительной, повышенной ответственности. Общие положения об источнике повышенной опасности Б. С. Антимонов конкретизирует частным случаем применения юридической ответственности к участникам случайного столкновения или, говоря современным языком, дорожно-транспортного происшествия. По его мнению, при случайном столкновении двух транспортных средств ни одна из сторон не имеет права на возмещение убытков, понесенных в связи с повреждением транспортных средств и находящихся в них грузах. Однако это правило не действует в отношении случаев возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью людей, а также всякого вреда, причиненного третьим лицам, т.е. не владельцам столкнувшихся транспортных средств. Не утрачивают своего права на возмещение убытков и грузовладельцы, поскольку такое право вытекает из договора А 59