* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

энциКлопедичеСКий Словарь биографий системы они могли совершать подвиги самопожертвования, и как части — не могли выйти за свои рамки, стать борцами с тиранией. Выступая против политического насилия, он писал: «Мы все же надеемся, что уже близко то время, когда встретить у историка похвалу насильственным мерам, хотя бы предпринимаемым или допускаемым с целью объединения и укрепления государств, будет так же дико, как было бы теперь дико услышать с кафедры одобрения инквизиционных пыток и сожжений…» Н. И. Костомаров попытался разобраться в механизме репрессий. Особенности, которые он констатировал в XVI в., относятся не только к этому периоду истории России: действия вопреки интересам страны и «сбережение» внешней опасности, объяснение создаваемых трудностей «изменой» и обращение народного негодования на те прослойки, которые находились между «низами» и самодержцем, при том, что «опричнина свирепствовала над всеми», нагнетание ужаса для «приучения к большему повиновению и безгласности», внушение незначительности личности перед политической необходимостью, государственными целями. Важнейшим мотивом действий Ивана IV и его аппарата, по мнению историка, был страх перед подданными. «С народной толпой уже не может справиться никакое самовластие, если только она протрет себе глаза и потеряет терпение». В исследовании «О следственном деле по поводу убиения царевича Димитрия» в Угличе в 1591 г. автор показал то, какие сложности испытывает власть в своем стремлении держать народ в неведении. Анализ следственного дела привел его к мысли, что власть была не заинтересована в достижении истины и предложила готовый ответ, которому народ не поверил. «…Если это лживое следственное дело может возбуждать любопытство исторического исследователя, то разве с той стороны, каким образом оно было в свое время составлено». Позднейшие исследования данного дела подтвердили догадку Н. И. Костомарова, что ответ на угличские события 15 мая 1591 г. был у следствия еще до его начала. Сравнение дела с юридической практикой того времени помогло установить, что оно велось с нарушением основных процессуальных норм. Самое главное, что народ не поверил официальной версии, и все старания правительства Годунова потушить негодование лишь распалили гнев, выплеснувшийся в Смутное время. В то же время в «Повести об освобождении Москвы от поляков…» Н. И. Костомаров ушел от поиска социальных причин Смуты, упрощая рассказ для обеспечения большей доступности излагаемого материала самому широкому читателю. В работе «Царевна Софья», вошедшей в «Жизнеописания», автор несколько преувеличивал привилегии московских стрельцов и солдат, которые, по его мне- нию, выступали послушным орудием в руках придворных политических партий, подбивавших их на выступления в своих интересах. В очерке «Царевич Алексей Петрович» Н. И. Костомаров сравнивает Ивана Грозного и Петра I по отдельным личным признакам, выражая через взаимоотношения отца и сына важные черты сложных и противоречивых отношений самодержца с народом. Костомаров намекал на огромные людские потери, писал: «…надобно сознаться, что для Петра, в его положении, представлялось выбирать чтолибо одно: либо совершить жестокое дело, либо всю жизнь подвергаться страху заговоров и восстаний и быть всегда уверенным, что после его смерти наступят смуты и потрясения, которые могут окончиться… разрушением того государственного здания, над созданием которого он трудился всю жизнь». «…Русь привыкла исполнять без сопротивления все, что прикажут сверху», — отмечал он в очерке «Самодержавный отрок», указывая на характерную черту взаимоотношения власти и народа. Поставь на вершину власти вместо одного другого, а маховое колесо военно-полицейской машины государства будет кружиться, сокрушая дух и плоть народа. Сложившаяся в недрах единодержавной власти система отношений, важнейшим условием которой было безгласие народа, оставила глубокий след в русской истории. В научном наследии Н. И. Костомарова имеется немало того, что и сегодня представляет интерес. Он не только обогатил отечественную науку новыми фактами, оригинальным подходом к историческим явлениям и выводами, но и в значительной мере демократизировал освещение прошлого, показав внутренние рычаги функционирования российской государственной машины. С. А. Колунтаев К КоСтров николай алексеевич (1823 — 25 апреля 1881) — государственный служащий, этнограф, исследователь проблем правовой науки. Окончил юридический факультет Московского университета. С 1846 г. состоял на государственной службе чиновником особых поручений при Енисейском губернаторе (г. Красноярск), затем исправляющим должность начальника 3-го отделения Енисейского общего губернского управления. С 1855 г. — Минусинский окружной начальник. С 1861 г. проживал в г. Томске, служил секретарем губернского статистического управления. Наряду с практической работой уделял значительное внимание исследовательской деятельности. Сферу его научных интересов составляли юридические обычаи народов Сибири. Основные работы: «Историко-статистическое описание городов Томской губернии» (Томск, 369