* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

а (19–38) а Основные труды: «Абсолютная монархия на Западе» (СПб., 1902); «О прогрессе в исторической науке. Вступительная лекция» (Киев, 1904); «Администрация и общественное мнение во Франции перед революцией» (Киев, 1905). Был выпущен также третий том исследований проблем провинциальной администрации Франции (Юрьев, 1903). Наиболее ценным для правовой науки является развернутый обзор особенностей абсолютной монархии в Испании, Франции и Германии. П. Н. Ардашев отмечал, что абсолютизм — необходимый этап в развитии государства, так же как феодализм для IХ–ХIII вв. и сословная монархия для ХIV–ХV вв. По его мнению, абсолютизм — это форма деятельности не только государства, но и всей политической жизни соответствующей эпохи, повлиявшая на нравственные и экономические устои общества. В числе основных причин, обеспечивших появление и функционирование абсолютизма, называются два фактора: цели и фактические отношения (возрождение римской идеи о сильном императоре и разложение феодализма, а также сменившей его сословной монархии). Автор приводит развернутый и интересный законодательный и исторический материал, характеризующий особенности становления и функционирования абсолютизма в названных странах, однако в его работе практически отсутствуют какие-либо теоретические обобщения и выводы. П. Н. Ардашев сделал перевод с комментариями работы Эразма Роттердамского «Похвала глупости» (Юрьев, 1902). В. М. Сырых арСеньев Константин Константинович (24 января 1837 — 22 марта 1919) — присяжный поверенный, исследователь проблем правовой науки. В 1855 г. окончил Училище правоведения. В 1864 г. в Боннском университете слушал лекции по истории, философии и политической экономии. Состоял на государственной службе в Министерстве юстиции. В 1859—1860 гг. — помощник редактора «Журнала Министерства юстиции». В 1866–1874 гг. К. К. Арсеньев — присяжный поверенный Санкт-Петербургской окружной судебной палаты, состоял членом совета присяжных поверенных и неоднократно избирался его председателем. В 1874 г. возвращается на государственную службу в должности товарища обер-прокурора гражданского кассационного департамента Сената. С 1880 г. — член консультации при Министерстве юстиции. В 1882 г. К. К. Арсеньев вышел в отставку и вернулся в ряды присяжных поверенных. В 1891–1907 гг. — один из двух главных редакторов Энциклопедического словаря Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона. Наряду с практической работой К. К. Арсеньев активно и весьма плодотворно занимался научной 36 деятельностью в области уголовного судопроизводства и конституционного права. Из опубликованных работ наиболее значимы: «Предание суду и дальнейший ход уголовного дела до начала судебного следствия» (СПб., 1870); «Судебное следствие» (СПб., 1871); «Заметки о русской адвокатуре» (СПб., 1875); «Законодательство о печати» (1903); «Свобода совести и веротерпимость» (СПб., 1904). К. К. Арсеньев заложил теоретические основы теории адвокатуры, дал обоснованные ответы на многие вопросы, порожденные практикой принципиально нового института российского общества второй половины ХIХ в. В частности, он представил развернутую характеристику различных видов адвокатуры, состава присяжных поверенных, правового статуса помощников присяжных поверенных, раскрыл значение совета присяжных поверенных в деле организации деятельности присяжных поверенных и разрешении конфликтов, возникающих в связи с исполнением ими профессиональных обязанностей. Особое внимание он уделил таким сложным и неоднозначно решаемым вопросам адвокатской деятельности, как способ исчисления адвокатского вознаграждения; деятельность, не совместимая со статутом адвоката; возможность честного исполнения адвокатской деятельности и др. Особо следует выделить рекомендации К. К. Арсеньева относительно взаимоотношений присяжного поверенного с подзащитным и поведения в процессе. Так, он полагал, что на вопрос подзащитного посоветовать, как ему следует вести себя в суде, адвокату следует во всех случаях рекомендовать одно и то же — либо говорить правду, либо молчать, если нельзя ее высказывать без разглашения чужих тайн. Иной путь, путь придумывания для подсудимого или вместе с подсудимым системы оправданий, не соответствующих истине, следует рассматривать как деяние, недостойное высокого звания адвоката, судебные прения не должны обращаться в личную борьбу защитника с обвинителем. Этого требуют и достоинство сторон, и важность предмета. К. К. Аресеньев считал, что возможность соблюдения этого правила во многом зависит от обвинителя, который первым выступает в суде. Но если обвинитель действует неправильно, то это не повод для того, чтобы адвокат отвечал таким же образом. Защитник не может оставлять без ответа ни одного из доводов обвинения; защита, имеющая целью полное оправдание подсудимого, должна быть направлена к тому, чтобы убедить присяжных поверенных в невиновности или нравственной правоте подсудимого. К категории непозволительных приемов защиты следует отнести старания адвоката подействовать на национальные, сословные, догматические предрассудки присяжных, равно как и тирады о судебных ошибках, о страшных последствиях их, тяжелой ответственности, которую они