* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

Психоанализ в Германии (Герхард Метце) В распоряжении терапевтов находились пятьполиклинических помещений, в которыхвосновномработали кандидаты. Вместе стем многие дипломированные аналитики проводилианализпациентовполиклиникивкачестве частнойпрактики. Доктор Лампльпрокомментировалэто так: «Лечение впомещенииполиклиники, несомненно, имело свои преимущества. Это прежде всего касалось невысокой оплаты, легче воспринимаемой пациентомвполиклинике, когдаон попадаетв приемную, где наряду с ним ждет своей очереди еще множество людей, оказавшихся в подобной ситуации, чемпри частном лечении. Здесь, сравнивая себя с другими пациентами, которыезатакое же лечение должны были заплатитьнемало денег, он можетоб-рестичувство, что емувыпаланекаяпривилегия»(там же). Этиутверждения доктора Ламплявесьмаотчетливо демонстрируют, что даже такназываемые рядовые пациенты могли реагировать на непривычную ситуацию, в которой они в основном или являлись «реципиентами», явно недоброжелательными побуждениями и чув-ствомнеполноценности. РассужденияЛампля вызываютсомнение и с другой стороны, ибо внихсовершенно не учитываютсячувства, возникавшие умолодыхпсихо-аналитиков, которыебесплатно илипо фиксированнойставкеотдавали себя лечению пациентов, по временным и душевным затратам несопоставимому ни с внутривенными инъекциями, ни срентгеноскопией. Когдав 1926 году былопубликован «Порядок государственного страхования», оставалось только пожалеть, что накопленный Берлинской психоаналитической поликлиникой опыт лечения больныхневрозами совершенно не былучтен, анеудач-ные и ошибочные формулировки этого положения давалиповод кстоль же ошибочным интерпретациям со стороны представителей «господствующей теории». Это имело роковыепоследствия для многочисленныхпациентов даже послеВторой мировой войны, поскольку они со своими невротическими заболеваниями оказались на«задворках медицины». Публикация1923 года гейдельбергского ординатораКурта Шнайдера, озаглавленная«Психопатические личности», во многомсовпадаласфор-мулировками указанного положения. Такимобразом, послевойны мы обнаружива-емполную запущенность двухпо-прежнемунерешенныхпроблем: проблемы кли-ническойклассификацииневротических заболеваний иснею связаннойпроблемы ограниченной во всех отношениях социальной поддержки при оплате лечения, что означало распространение конфликтов исоциальныхпроблеминаближайшие поколения. Учебная деятельностьв Берлинскомпсихоаналитическоминституте былаорга.-низована таким образом, что интересовавшиеся психоанализом лица, которые не стремились стать дипломированными врачами-психоаналитиками, получали официальный статусвольнослушателей. Этивольнослушатели, составлявшие немалую часть студентов, допускалисьназанятия, накоторых благодаря имевшемуся уних профессиональномуопытуони могли прийтикпониманию своихпроблемспсихо-аналитической точки зрения. КогдаизВены прибыл доктор Бернфельд (КарлАбра-хамтолько что умер), онпоставилпередсобойзадачувовлечьвпсихоанализкак можно большее число заинтересованных педагогов. Старшие коллеги и сегодня еще могут вспомнить, насколько умело Бернфельд справился с этой задачей. Воктябре 1929 годаизвестный берлинский адвокат Хуго Штауб вместе сФран-цемАлександеромпровели винституте семинар по криминалистике, вызвавший огромный интерес у студентов. Штауб и Александер опубликовали в1929 году работу подназванием«Преступник и его судьи», которая и по сей день продолжаетоста-ваться актуальной. Количество курсов возросло с восьми в октябре 1923 года до шестнадцати в 1928 году, из-зачегопришлосьувеличитьштатпреподавателейПрофессиональный состав слушателей былдовольно разнообразнымиотражалготовность руководства 431