* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

Критика Фрейдом общества, культуры и религии (ФранцШледерер) В третьей части своей книги Фрейд, снованапомнив события истории, от исторических экскурсовпереходиткпсихологическимрассуждениям. Время, когда моглаутвердиться Моисееварелигия, напомнило ему латентный период в истории развития индивида, в частности «инкубационный период» при травматическом неврозе. Правда, говоря о религии Моисея, мы имеем дело с феноменом из области психологии масс, но у этого феномена имеется полная аналогия в психической жизни отдельного человека. Кроме того, чтобы справиться с инстинктивными желаниями, человеческому Я нужно время. Наконец, еще одним моментом ддя сравнения, по мнению Фрейда, является в этом контексте народное предание: чемоно туманней, тембогаче здесьпочва для человеческой фантазии. Однако втравматическомневрозе в качестве «постулата» (XVI, 177) он усматривает аналогию между религиозными феноменами, которые следуетотнести к психологии масс, ииндивидуально-психологическимипроцессами. Дляразвитияневроза характерно, что он восходит«всегдаи везде кочень раннимвпечатлениям детства» (XVI, 177). Следующий важнейший момент в возникновении неврозазаключается втом, что эти переживания, запечатленные впервые пять лет жизни, втой илииной мере забываются. При этомтакие переживания, когда-то крайне важные дляребен-ка, постоянно накладываются нановые, свежие впечатления и стремятся превра-титьсяв реальность, но что-то в человеке противится тому, чтобы пережитьэти события еще раз. Такой конфликт может зайти настолько далеко, что внутренняя, психическая реальностьначинаетперекрыватьреальностьвнешнего мира В таком случае бессознательные желания и фантазии человекаперекраивают, трансформируют внешний мир. Фрейд дает здесь сжатую формулу этой ситуации: «Ранняя травма—защита — латентный период—начало невротического заболевания—частичное возвращение вытесненного» (XVI, 185). Примерно то же приложимо и к«жизни рода человеческого»- (XVI, 186): «Следовательно, и здесь шли процессы сексуально-агрессивного содержания, которые оставилипо себестойкийслед но большейчастью быливытеснены изабыты; позднее, после длительного латентного периода, онивновьнапомнили о себе, породивфено-мены, структурой и направленностью напоминающие невротические симптомы» (XVI, 186). К такимсимптомамотносятся религиозные феномены. Далее Фрейдпо-ясняет свои выводы из книги «Тотем и табу» (1912—1913). Догматы веры в разных религиях, будучипсихическими реалиями, несутисторическоезерно, историческую истину. История человечестваотразилась и в «архаическомнаследии» (XVI, 204), которое содержитследы воспоминаний, общих для всех людей. Это, по мнению Фрейда, позволяет«навести мосты» междуиндивидуальной психологией ипсихологией масс В заключении этого разделаФрейд говорит: «Традиция, будьонаоснованана одном лишь устномпредании, никогдане принялабы присущего религиознымфено-менамнавязчивого характера. Его, как и любое другое сообщение извне, могли выслушать, обсудить, а то и отвергнуть, и ему не удалось бы уйти от строгого ока логического мышления. Ему пришлось сначалапретерпетьвытеснение, пройти че-резбессознательное, чтобы по возвращении оказать столь могучее воздействие, подчинить массы своей власти, как мы судивлениеми доселе вполномнедоумении на-блюдалиэто врелигиознойтрадиции. Иэто соображение оченьважно, чтобьгубедить нас:, что все обстоит именно так, как мы попытались изобразить, или хотя бы очень близко к тому» (XVI, 208—209). За этим разделом Фрейд добавил, по его выражению, «скромную концовку» (XVI, 156): «Моисей, его народ и монотеистическая религия». Однако эту концовку 299