* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

Сол — 635 Сол— изображетемъ внутри солнца и безъ него назывались также крестовиками (Успен-скгй, „Опытъ повпхтвовангя о древностям русскихъ1818 года, ч. 2, стр. 693). Солнце.—Слово это въ грамматическомъ отношенш колеблется между мужскимъ и женскиыъ родомъ. Санекр. суръ, сура, cypja, готск. sauil, греч. ?????, лат. sol, фран. soleil—мужскагорода; нпм. die sonne, лит. soule (саулэ, саула), женскаго рода. См. выше слънце. Славяне вообще и русские въ частности по преимуществу любятъ представлять солнце въ образе мужчины: д^да всев’Ьда, статнаго воина или красиваго юнака = парубка, а не женщины, или девушки. Такъ наприм. фантазия хорутанъ рисуетъ солнце веч-ноюнымъ воиномъ, •Ьдущимъ на двуколке, запряженной двумя белыми конями и украшенной широкимъ б-Ьлымъ пару- ' сомъ, котораго колебате наноситъ на землю тучи и гонитъ в'Ьтеръ; около него вьются птицы, которыя однё могутъ видеть его и знать, чего не знаетъ никто ва земле ( Объ обожант солнца у древ· нихъ славянъ, стр. 9 — 10). Хорваты говорятъ о царе-солвце, который въ день купалы „пируетъ въ своихъ чер-тогахъ“ и разбрасываетъ вместо стрЪлъ свои лучи (Ibidem, стр. 10). Чешск1я сказки сохранили предаше о златовла-сомъ деде—вседеде, т. е. всев-Ьдущемъ и всевидящемъ солнце: солнпе каждое с утро всходить въ вид* красиваго дитяти, или юноши съ светлыми, золотистыми волосами и достигаетъ запада престарЪлымъ д’Ьдомъ (Поэт, воззр., т. 1, 180 сравн. т. 3, 390). По пре-датямъ сербовъ, солнц е—„царь-солнце", молодой и прекрасный юнакъ, сидитъ на золототканномъ пурпурномъ престоле; по словамъ одной сербской песни солнце женится на простой смертной д4-войке, сестре девяти братьевъ (Объ обожант солнца, стр. 11). Почти тоже самое разсказываютъ про солнце бли-жайппе родичи сербовъ—болгары. По болгарскимъ предашямъ юнакъ-солнце прельщается красотою дочери Славки. „Разъ Грозданка (дочь Славки) вышла погулять въ батюшкинъ садикъ, предъ батюшкинымъ дворомъ. Тамъ то и увидало ее солнце! Увидавши ее, оно три дня и три ночи трепетало, трепетало и не заходило“. Съ дозволевья матери и по совету Господа влюбленное солнце въ самый Егорьевъ день спускаетъ на ' Грозданкинъ дворъ золотыя качели; неосторожная красавица не замечаете хитро придуманнаго обмана, начинаетъ качаться на дорогихъ качеляхъ и та-кимъ образомъ внезапно похищается: поднимается вверхъ вместе съ золотыми качелями. Само солнце после нЪко-торыхъ препятствШ наконецъ женится на Грозданке и успокаивается (Лгьтоп. русск. литерат. и древн., т. В, отд. 3, стр. 6 — 7).—По славяно-русскимъ предашямъ солнце точно также представляется мужчиной, царемъ, а не царицей, или красной девицей Такъ въ Ипатьевской летописи мы читаемъ : „Солнце царь сынъ Свароговъ, еже есть Дажьбогъ, 6t бо мужь силенъ (Я. С. Р. Ж., т. 2, стр. 5)“. По русскимъ сказкамъ солнце—царь; оно имЪетъ двенадцать сыновей и управляете чрезъ нихъ двенадцатью царствами (Жури. М. П. Просе. 1846 г., 51, 50 стр.). Въ малорусской сказке о кати горошке, покатнгорошке говорится о томъ же царе солнц-Ь, который каждую ночь возвращается „до своей господи" - Солнцевой матери (Русск. Весгьда 1856 г., т. 3,стран. 101). (См. „Cmapo-pyccnie солнечн. боги и богини“ Сокомеа). СолнцЕЗрдчнын = видомъ подобный солнцу. Конд. Ат. Хран Солнцеоеолзно == въ виде солнца. Мин. мгъс. окт. 5. Соловей - {древ, русск. славШ)—происходить: отъ слово—слава, почему „в-ЬщШ“ Боянъ (п'Ьвецъ') называется въ Слов^Ь о полку Игорев-fe „соловьемъ стараго времени“ (О елгянги христ. на слав, яз., 75); 1оакимовская Летопись говорить о жреце Богомиле, что онъ сладкоречхя ради нареченъ соловей (Истор. Татищева, 1, 39), а народная загадка называетъ „языкъ“ — соловейкою: „ча билыми березами (зубами) соловейко сви ще“ (Сементов., 10, 40). Пеше соловья обозначается въ старинныхъ па-мятникахъ словомъ щекотъ; пол. szcze-kac — лаять, злословить, лужицк. ne s’coKaj — не брани, великор. области. щекатить — дерзко браниться, щекатый — сварливый, бойкШ на словахъ, щеко-туха—говорливая женщина, щекйтка— сорока, болтунья; сравни корень щекъ съ санскр. car — говорить (Филош, Зап., года 3, 3, 166 —167; Доп. обл. сл310). Въ народныхъ предашяхъ соловьиный щекотъ — символъ весеннихъ