* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

несли ненависть къ имени Г., что повляло на ходъ релипозн. движешя въ iiexia, при-давъ ему нацюн. характеръ.—Г., по отзыву со-временниковъ, б. человекъ серьезн. характера, съ обширн. познашями и больш. краснор4ч1емъ. Но яри своихъ знашяхъ, онъ не обладалъ ни критич. смелостью и разносторонвостыо В-фа, ни бурн. духомъ Лютера, ни строго научн. критикой Двингли, ни односторон. последовательностью Кальвина. При своей талантливости, онъ не б. глубок, изследователемъ фактовъ церковн. исторш; онъ не сомневался, что извести. слова Спасителя, обращенныл къ ап ост. Петру, относятся къ римск. церкви, не подо-зревалъ подложности лже-Исидоровыхъ декрс-талш, но отвергнулъ верховп. власть папы и колегш кардиналовъ съ нравствен, точки зре-тя, т. к. папы и кардиналы, по его выражению, часто осквернялись злости, обманомъ 1? rpi-хомъ и не должны поэтому стоять во главе святой, апостольсв.,каоолич. церкви. Отъ такого вывода онъ приходилъ къ заключению, что 1исусъ Христосъ —единый глава церкви, какъ единый безгрешный. Ученый 1езуитъ Бальбинъ, очень хорошо подметивши! эту черту характера Г-а, говорить: „его стропе нравы, его серьезн. жизнь, чуждая всякаго удовольств1Я, производили более сильн. впечатлеше, чемъ красиорёч^е его языка“. Это строгое нравствен, чувство и выдвинуло Г. въ передше ряды борцовъ въ эпоху сильнаго религ. движешя. Его значеше воз-расло еще более вследствие терпимости Г. къ религ. мнешямъ, расходившимся съ его взглядами, если только означен, мнФ.шя б. враждебны Риму. Когда его изгнали изъ Праги, тамъ стали приобретать влгяте более смелые проповедники. вероятно, безусловн. последователи В-фа. 1412 г. Г. вооружился противъ индуль-генцш, но исходилъ совсемъ изъ другаго начала, чемъ Лютеръ, именно съ нравственной стороны. Это еще сильнее возбудило вражду дх-ва противъ Г., и когда 1414 г. открылся Констанцсвш соборъ, то Г., по требованию ими-ра Сигизмунда, съ радостью отправился туда, надеясь оправдаться. Сигизм. далъ Г. охранную грамату; кр-ь Венц-въ поручилъ тремъ знатн. панамъ сопровождать Г. Но, несмотря на это, Г-а посадили въ темную, вонючую тюрьму и судили какъ человека, распространявшаго ересь. Судъ сначала производился тайно и только, по требованию чешскихъ и некот-хъ польск. пановъ, судъ повели публично, но и тутъ Г-у не давали говорить. Больш. часть обвиненш б. исполнена лжи и вымышлена; онъ просилъ, чтобъ ему позволили защищать те обвинит, пункты, кот. онъ считалъ за истину и кот-хъ онъ не отрицалъ; но соборъ не допустилъ до этого и требовалъ, чтобы Г. все пункты обвинешя, выставленные противъ него, призналъ за свои и Bce одинаково ложными, на что онъ не могъ согласиться. 6 шля, въ день рождешя Г., надъ нимъ произнесли смерти, прнговоръ. При пору-гатяхъ, кот. онъ терпелъ, когда шелъ на казнь и во время самой казни, Г. оставался спокоенъ и только повторялъ: „1исусе Христе, сынъ Бога живаго, помилуй меня“. Г-а сожми, и пе-иелъ его бросили въ Рейнъ, дабы чехи изъ его останковъ не сделали предмета почиташя.— 1еровимъ Пражсюй, ученивъ Г., прибыль въ Констанцъ еще до казни Г., но вскоре уехалъ оттуда и на дороге б. схваченъ, привезенъ обратно, судимъ и, подобно Г., 1416 г. сож-женъ живымъ па костре. Въ обвинит, пунк-тахъ противъ Iop-ма, представленныхъ собору, другъ Г. обвинялся за сближение съ в. церковью, причемъ упомянуто, что 1413 г., при въезде въ Витебск·!, in. свите вел. кн. Витовта, Iep-мъ, презревъ като.шч. процеспо, вышедшую на встречу вел. князю, подошелъ къ про-necin рус. схизматиконъ. также встречавшей В-та, и, въ присутствен нЬсколькихъ тысячъ человекъ, поклонялся „пренратиымъ мощамъ и образамъ неверн. схизматиконъ“. Далее приводится, что въ томъ же 1413 г. Iep-мъ б. во Пскове и въ русской схизматнч. церкви публично повергался передъ св. дарами. Особенно важно обвинение, въ кот-мъ говорится, что Iep-мъ склонял·!, В-та къ рус. секте. Другой другъ Г., любимый его ученикъ Нетръ изъ Ыладеновацъ,сопровождавш1Йучителя въ Констанцъ, присутствовавши! при его допросахъ и казни, явился впоследствии глашатаемъ и руководителемъ присоединения гуситовъ къ в. церкви, кт. чему и сделана попытка 1451 г.— Истые ученики Г. стали называться чашниками (отъ чаши, нзъ кот-й приобщались) или утраквистами (отъ sab utraque, что значить прича-щаюпцеся подъ обоими видами). Пражск. ун-тъ остался веренъ памяти Г. и 1417 г. издалъ изве-щеше, въ силу кот-го причастае подъ обоими видами признавалось необходимымъ для спасешя, объявилъ Г,. мученикомъ за Христову веру и 6 шля положилъ праздновать его память. Панство и рыцарство чешское помогло ун-ту, продолжая преследовать священнике въ, не хотёвшихъ раздавать св. тайны подъ обоими видами. Это со-слов1е всегда благоприятствовало и Г., ибо съ его реформой, по ослаблены власти высш. дх-ва, приобретало право назначать свящ-ковъвъ свои владешя, что усиливало его значеше.—1420 г. собрался синодъ чашниковъ, кот-й подтвердить все распоряжешя пражск. ун-та 1417 г., равно какъ и изложение догматич. стороны Гусова учев1я; но оказалось уже много такихъ сск-тантовъ, кот. отказались повиноваться этому ностановленш и темъ ясно показали, что для нихъ чаша служила только нацюн. знаменемъ въ борьбе съ немцами (см. Гуситскгя войны). Эти сектанты утвердились сначала въ местечке Усти надъ Лужвицей, откуда гл-мъ образомъ и шла проповедь, перешедшая пределы, положенные пражск. учеными. Потомъ, невдалеке оттуда, они устроили себе лагерь въ пустомъ городище на горе, кот-й дали имя Оаворъ (по лат. произношенш—Таборъ),ивсехъ этихъ сек-тантовъ стали называть оаворцами или табо-ритами. На Оаворъ шли люди всехъ сословш, преимущественно же—изъ прост, народа, мелк. горожанъ и крестьянъ; поэтому таборитск. учете б. противуположно ученш чашниковъ и въ политич. отношеши: чашники опирались на дворянъ, оставившихъ католнцнимъ, и на богат, горожанъ, табориты же — на сельсшй людъ и мелк. горожанъ. Община таборск. братьевъ б. вместе и воен. братствомъ. Грозно-воинственное и даже мстительное настроеше отразилось и въ речахъ вождей таборитовъ и въ песняхъ таборнтскихъ. Изъ чувства национальности, табориты въ борьбе съ немцами сражались ря-