* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

166 ФРАНЦЪ-ГЕРМАНЪ ЛАФЕРМЬЕРЪ, 1737 —1796, библштекарь и преподаватель Велпкаго Князя Павла Петровича, родился въ Страсбург* и воспитывался въ Страсбургскомъ университет*. Отсюда онъ приглашенъ былъ чрезъ Воронцовыхъ въ Петербургь для преподавания насл*днпку Русскаго престола Французской литературы. Въ новой, чуждой ему досел* обстановке, ЛаФермьеръ, живой по характеру, любезный въ обращенш, ум*лъ скоро расположить вс*хъ въ свою пользу. Удаляясь отъ вс*хъ придворныхъ п поли-тическпхъ пнтрпгъ, ЛаФермьеръ былъ, однако, душой общества при Великокпяжескомъ двор*, объединяя вс*хъ на занятхяхъ литературой п на созданш театральныхъ представленш ; онъ самъ наппсалъ много басенъ п несколько пьесъ для домашняго театра. Въ этомъ отношенш ЛаФермьеръ им*лъ себ* сотрудника въ лиц* секретаря и казначея Великаго Князя Павла Петровича, А. Л. Николаи, Страсбургскаго своего земляка и однокашника. Вторая супруга Велпкаго Князя Павла Петровича, Маргя Оеодоровна, въ лиц* ЛаФермьера нашла себ* друга и почитателя, и когда, съ наступлешемъ Фавора Фрейлнпы Нелидовой, въ жизни Великокняжеской четы возникъ разладь, то ЛаФермьеру. сочувствовавшему страдашямъ Mapin Оеодоровны, пришлось, по вол* Великаго Князя, оставить дворъ въ начал* 1795 года. Онъ удалился въ пм*ше давняго своего друга, графа А. Р. Воронцова, въ село Андреевское, Владимирской губернш, гд* и умеръ 12 Мая 1796 года. На могил* ЛаФермьера, на кладбищ*, недалеко отъ церкви во имя св. Андрея Первозваннаго, гра-фомъ Воронцовымъ поставленъ мраморный памятнпкъ, въ вид* саркофага, съ сл*дующей надписью: „Amico sapiente sincero probato Franc: Herrn: De La-Fermiere qui natus Argentorati, mense februar: anni MDCCXXXYII vilam in aprico aulae pure peractam hie in otij umbra complevit mens: jun: ann: MDCCXCVI. Luctus ad memoriam. Alexander cornes Voronzow hoc monumentum boni curavit“. До смерти своей пользовался онъ благоволешемъ Великой Княгини Mapin Оеодоровны, которая веда съ нпмъ тайную переписку. „Я потеряла въ немъ“, писала Мар1я Оеодоровна, „в*рнаго друга, который говорилъ мн* всегда правду, и который любплъ меня, какъ отецъ; пока я жива, я буду чтпть его память“, (Съ мишатюры, принадлежащей баронесс* С. Е. Николаи, „Монрепо“, Выборгской губ.)