* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

69 ACK энцпклопедш. ACIC 70 страсти не хотятъ его слушать. Ера-1 сота жизни достигается чувствами добрыми; ихъ, по недоразуменью, эпикурейцы смешиваьотъ со страстями. Эти же добрыя чувства—плодъ внутренней подвижнической работы человека надъ самимъ собою, той жизни, коя является сласительнымъ оголькомъ среди пустого мрака и, следовательно, разум-пымъ, желательнымъ. Другое разветвле-нье отрицаетъ аскетизмъ на томъ основанья, будто бы онъ эгоистиченъ: исклю-чаетъ совокупность чувствъ во благо ближнихъ. Золотое правило: жить въ друтихъ и для другихъ аскету будто бы чуждо. Онъ его не знаетъ, или зиая, намеренно не сл^дуетъ ему. Въ IY bEki по Р. Хр. этотъ взглядъ тесно -связывался съ отшелъничествомъ, потому что отшельничество яснее всего порождало мысль о взаимоотььошенш между личнымъ спасеньемъ и общественною деятельностью подвижника. Св. Грнгорш Богословъ отстранилъ тогда этотъ взглядъ (по крайней мере лично для себя) выборомъ такъ называемая средняя пути, т. е. ььрохо-жденьемъ аскетизма въ самомъ обществе (6, 14—15 стр. М. 1848). Св. Ваеильй Великш советовалъ одному сборщику податей одновременно пребывать въ аскетизме и исполнять общественную обязанность (7, 302— 303 стр. М. 1854). Ныне проповедниками разсматриваемаго разветвлешя являются соцьологи. Представленное пстолковавье чувства сострадательной любви у истинныхъ аскетовъ, какъ и ссылка на свв. Григорья Богослова и Василья Великая, очевидно, ниспро-вергаютъ справедливость воззренья отрицателей - общественннковъ. Быть можетъ, ложные аскеты ради стремленья къ личному совершенству не со-действуютъ общественному благу, но они, какъ ложные, въ примерь идти не должны. Отрицаше аскетизма у об-ьцоственннковъ есть плодъ недоразуменья. Недоразуменье это произошло отъ различгя точекъ зрешя, на кото-рыхъ стоять аскеты и общественники п откуда каждая изъ сторонъ выводить свою деятельность. Почва деятельности аскетовъ внутренняя сторона жизни, ! почва деятельности общественннковъ— внешняя. Аскеты преимущественно обращаютъ тгкмаше надушу человека, общественники—на· его тело. Если ма-терьальная культура составляетъ главную цель деятельности обьцественни-ковъ, то нравственное возрожденье людей—главную цель деятельности аскетической. Конечно, заслужпваютъ вниманья не только впутрепнья, но и внешнья условья жизни человеческой: ведь, человеьсъ состоитъ не изъ души только, но н тела- Однако следуетъ все-таки подумать: какая изъ этпхъ деятельностей предпочтительнее,—деятельность ли по отношенью къ духу, пли деятельность по отношенью къ • телу и сообразно съ этпмъ делать оценку. Въ хрнстьанстве первая деятельность ставятся выше второй: последняя даже прямо зависитъ отъ первой. «Ищите прежде царствгя Божья и правды его, и сгя вся приложатся вамъ» Шато. 6, 33). Поэтому отнюдь нельзя отрицать аскетизмъ за то только, что въ попятье общественная блага ояъ главнымъ образомъ включилъ нравственное возрожденье ближнихъ. Если бы отрицать аскетизмъ за воздедыва-???? имъ духовной стороны жизни человечества, то такому же суду тогда следовало бы предать н фнлософпо. Ведь и она. больше всего занимается нстол-кованьемъ высшихъ основъ и целей бытья. Протпвъ самостоятельности и самобытности христьанскаго аскетизма въ современной печати раздаются голоса, утверждающье, будто бы аскетизмъ хри-стьанскьй представляетъ изъ себя ?????? съ аскетизма греческпхъ философовъ, особепно же съ аскетизма буддьйскаго. Это—такъ называемая теорья «еллини-зировашя и буддизацш христьанства» Сравнительная оценка хрпстьанскаго аскетизма съ его мнимыми яервообраз-цами нокажетъ истину. Выпуклою чертою аскетизма еллиновъ, канть и вообще язычниковъ, служить противоргъте или раздвоенпость между пастроешемъ и выраженьемъ этого настроенья въ факте. Борьба съ одною страстью сопровождается у нихъ рабствомъ другой— преимущественно гордостью, тщесла- 8*