* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

808 ГУРШ богословская ГУР1И 804 нею, и ц?ломудр1емъ, и прочими добрыми делами; къ сему же и девственное жит1е возлюбилъ, ибо не поже-лалъ взять жену». Это глубокое бла-гочестхе дало Григорш силы перенести тяжкое испыташе, которое постигло его въ молодости. Злые люди, завидовав mie блаяволенио князя и княгини къ кроткому юноше, котораго они сделали главнымъ управляющимъ надъ всемъ своимъ домоыъ, обвинили Григория предъ княземъ въ преступной связи съ женой князя* Князь пове* рилъ этой клевете, хотя Григорш не давалъ къ тому никакихъ новодовъ и хотя княгиня была уже въ зреломъ возрасте, потому что имела уже взрослаго сына. Въ гневе князь приказалъ убить Григор1я, но молодой княжичъ, уверенный въ невинности матери, убёдилъ отца не предавать Григор1Я смерти, чтобы не показать всемъ, что онъ поверилъ клевете, позорившей весь домъ князя; онъ при-казалъ бросить Григор1я въ погребъ, обложенный срубомъ, и бросать ему туда скотскую пищу, по одному снопу въ три дня и по определенной мерё воды; узнику позволено было взять съ собою только икону Божьей Матери. Въ этомъ ужасномъ заключен in Григорш провелъ два года, терпя полное одиночество, темноту, летомъ зной и сырость, а зимой холодъ. Это заключенье надорвало силы Григорья, и онъ въ остальные годы своей жизни не отличался хорошимъ здоровьемъ, хотя былъ крепкаго сложенья и высокаго роста, какъ это видно изъ доселе хранящихся въ Казани при гробе его костылей его и изъ иконныхъ изображена его. Глубокое религьбзное чувство спасло молодого узника отъ отчаянья, отъ попытокъ къ бегству или къ самоубьйству. Одъ отказался бежать даже тогда, когда представилась полная возможность совершить по-бегъ. Къ концу второго года заключенья надзоръ за нимъ былъ осда-бленъ; сторожъ нозволилъ навещать Григорья одному изъ бывшихъ друзей его. Сострадательный человекъ чрезъ окошко погребной двери спросилъ Григорья, не нужно ли чего ему, и предложилъ ему приносить лучшую пищу. Но Григорш возблагодарилъ Бога за все и отвётилъ: что благодать Божья питаетъ его, и понросилъ · только приносить ему письменныя принадлежности, бумагу, чернила и перья Другъ исполнилъ эту просьбу, и Гри-ropia сталъ писать книжки для на-учешя малолетнихъ детей грамоте и начальнымъ молитвамъ. Книжки эти продавались, а деньги раздавались нуждающимся. Въ конце второго года заключешя Григорш вышелъ изъ темницы по какому—то особенному знаменью Божью, по необычайному сьянью въ дверяхъ. Князь въ это время могъ или совершенно забыть о немъ, или успокоиться отъ своего гнева, почему слуги его и имели возможность выражать Григорш свое расположенье. Выйдя изъ своего заключешя Григо-pifi немедленно отправился въ iocib-фовъ волоколамскш монастырь, который былъ недалеко отъ Радонежа, откуда можно заключить, что и слу-жилъ Григорьй у князя Пенкова на своей родине. Здесь Григорьи принялъ монашеское пострижете съ именемъ Гурш отъ самого препод. 1осифа Волоколамская, скончавшаяся въ 1515 году, или отъ одного изъ преемни-ковъ его по игуменству, Даншла (съ 1515 по 1522 г.), впоследствш митрополита московская, или Нифонта (съ 1522 по 1543 г.). Волоколамскш монастырь съ самая начала своего существованья получилъ весьма важное значенье въ исторш русской церкви, ставъ во главе строго православнаго направлешя въ борьбе съ усилившеюся ересью жидовствующихъ и съ партьей монаховъ-нестялсателей, противниковъ монастырскихъ вотчинъ. Кроме того, этотъ монастырь прославился и могъ привлекать къ себе лучшихъ людей, какъ цептръ просвещенья и какъ образецъ осуществлешя строгая иноческая устава. Здесь самимъ 1оеи-фомъ, известнымъ своею просветительною деятельностью, была составлена весьма значительная по то*му времени библьотека, деятельно пополнявшаяся и его преемником!»—Данчи-ломъ. Здесь было среди иноковъ {да-