* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

651 ВЛЕММ; богословская В ЛЕММ 652 Ласкариса. В. имЪлъ большое вл1яте на своего царстведпаго ученика и находился съ нимъ въ дружественныхъ отпошешяхъ и въ то время, когда Оеодоръ занялъ никеискш престолъ (1254—1258 г.), о чемъ свпдЪтель-ствуетъ собрате писедгь перваго ко второму, сохранившихся въ одной греческой рукописи (Codex Laurentianus, 9, 35). Кроме того, Никифоръ былъ учи-телемъ извйстнаго византшскаго историка Георпя Акрополита. Основанная пмъ въ Никее школа пользовалась большою известностью и, по свидетельству современниковъ, дривлекала въ свои стены, какъ въ место вожделенное, пришелъцевъ и изъ странъ отдален-ныхъ. Въ званш учителя и руководителя другихъ В. былъ деятелемъ не-обыкновенньшъ. Георгщ Акрополитъ говоритъ въ своей исторш, что Никифоръ, его учитель по философш и догматике, отъ юности принявши иго уединенной лшзни, славился искусствомъ въ слове и добродетели, хотя некоторые, особенно изъ знати, по зависти къ нему старались обвинить его даже въ различныхъ порокахъ. Императоръ Оеодоръ, продолжаетъ Акрополитъ, былъ очень расположенъ къ нему и любилъ его, такъ какъ считалъ его учителемъ своимъ въ отношенш къ словесдому образованно, въ заиятш ко-торымъ онъ находилъ особенное удо-вольствхе: действительно, императоръ былъ весьма образованъ. Другой исто-рикъ, Никифоръ Григора, пишетъ о В., что онъ былъ украшенъ многими добродетелями и отлично знакомъ съ ученостью, ' какъ съ тою, которую передали потомкамъ древте греки, такъ и: съ тою, которою ознаменовали себя предстоятели и ораторы греческой церкви. Более полную характеристику В. даетъ историкъ ГеоргШ Пахимеръ. Ведя жизнь философскую, пишетъ о немъ Пахимеръ, Никифоръ нисколько не занимался земными выгодами, ко всему былъ равнодушеяъ, ни къ кому не имелъ ни симпатш, ни антипатш. какъ будто бы его умъ вовсе не былъ огра-ничиваемъ теломъ. Не имея домысловъ о настоящемъ, которые пресмыкаются по земле и ничего въ себе не заклю- чаютъ, онъ велъ жизнь более созерцательную. Для него единственною необходимостью было только благочестхе, сохраняя которое, онъ отвергалъ все проч1я заботы и предоставлялъ ихъ людямъ, живущимъ по образу века. Предавшись любомудрио и отвергая свойственную вещамъ видимость, онъ былъ нечувствителенъ къ матер1аль-ному: держась того, что вожделенно для ума, онъ презиралъ все, навязывавшееся чувствами. Поэтому его отно-шешя были не къ людямъ, а къ де-ламъ, и онъ чтилъ и уважалъ только внутреннш въ людяхъ достоинства, видя въ нихъ дары Божш, и т. д. Считая MipcKyio жизнь исполненной доро-ковъ и страстен, В. постригся въ монашество и удалился для подвиговъ въ основанный имъ въ Имаошхъ, близъ города Ефеса, монастырь Сущаго (той ’?????), где, какъ чсловекъ искренно преданный религш и аскетъ до природе, не только явилъ удивительные подвиги хританскаго воздержашя и сми-решя, но и былъ ревностнымъ провод-никомъ нравственныхъ цринциповъ въ •окружающую среду. Такъ, онъ возсталъ противъ политическая) злоупотреблешя церковнымъ отлучешемъ, допущеннаго царемъ Оеодоромъ II, и однажды не далъ этому царю отпущешя греховъ, въ уверенности, что Богъ оставилъ его за MHorie грехи, затемъ, — вопреки определенш целаго собора, вооружился противъ возстановлен1я въ правахъ Д1акона Автор1ана, виновнаго въ на-рушенш церковяыхъ каноновъ, и смело обличилъ въ томъ же беззаконш ефес-скаго митрополита Моиастерюта. Особенно же рельефно выразилась нравственная мощь В. въ его столкновенш съ маркизою Фриггою, фавориткой царя 1оанна Ватаци. Онъ неоднократно, устно и письменно, обличалъ эту женщину за нравственную распущенность, но безуспешно. Однажды Фригга, изъ любопытства и для поклонешя, отправилась въ монастырь В. Она лрхехала сюда съ большою пышностью, надменная знаками царскаго достоинства, въ сопровоавденш большой свиты. Но, прежде чемъ она взошла на паперть монастырскаго храма, сонмъ монаховъ,