* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

Фрейд в зеркале биографов (Мартин Гротьян, Юрген фом Шайдт) Для последующего детального описания фрейдовских биографий мы воспользовались предложением Курта Р. Эйсслера (1966, 9-10), рекомендовавшего различать три категории таких работ: 1. Личные воспоминания о Фрейде, будь то описание отдельных событий, как у Бруно Гёца (Goetz 1969), или более длительных отношений, как у Мартина Фрейда (M. Freud 1958) и Ганса Захса (Sachs 1946). 2. Наряду с такими «чисто субъективными, личными сочинениями, которые в научной биографике могут сыграть столь же сомнительную роль, как и написание мемуаров», существуют описания, выполненные строго научно. К ним относятся различные статьи Зигфрида Бернфельда и Сюзанны Кассирер-Бернфельд; кончина обоих помешала тому, чтобы их обстоятельная работа приняла форму законченной биографии. Помимо этого к данной категории всерьез можно причислить лишь трехтомник Эрнеста Джонса (1953-1957) и небольшую работу Марте Ро-бер (Robert 1964). Джонс, к сожалению, смешивает личные воспоминания со строгими, объективными описаниями жизни Фрейда. К тому же он находился под сильным влиянием своего «предмета» и слишком пристрастен, пусть даже и в позитивном смысле. Это заходит настолько далеко, что он явно утаивает тот материал, который способен омрачить безупречный образ Фрейда как человека и ученого. 28 апреля 1952 года он пишет Зигфриду Бернфельду: «Вот это была компания: Мейнерт пил, Фляйшль был жалким морфинистом, и я боюсь, что Фрейд принимал больше, чем нужно кокаина, хотя я об этом и не упоминаю» (цит. по: Trosman, Wolf 1973, 231). В первом томе своего труда он все же пишет об «истории с кокаином», но в гораздо более мягкой форме. 3. К третьей категории относятся частные исследования. В качестве образца подобного рода Эйсслер называет работы Петера Брюкнера о личной библиотеке Фрейда (Вгь ckner 1962-1963). Жизнь и творчество Фрейда были тесно связаны, поэтому к данной категории относится также множество работ, рассматривающих разнообразные высказывания и публикации Фрейда по определенным темам; так, явно невозможно было бы не учитывать личное мнение Фрейда о религии (которое он высказывает, например, в письмах) при исследовании его работ, касающихся религии, проведенном в частности Иохимом Шарфенбергом (Scharfenberg 1968). В этой же связи мы можем лишь упомянуть многочисленные небольшие специальные исследования, такие, как «Мюнхен и Фрейд» (Grunert 1972) или «Вагнер и Фрейд» (Dimitrov 1972). Поскольку рамки данной статьи позволяют нам провести лишь беглый обзор, и мы не сможем рассмотреть каждую работу и даже книгу, сошлемся лишь на обширную библиографию, приведенную в конце этой статьи. Все публикации представлены здесь в хронологическом порядке. Такой способ соответствует природе научной работы: любой добросовестный биограф должен стремиться исчерпывающим образом использовать в собственном исследовании материал, предоставленный его предшественниками. Эта деятельность постепенно становилась все более простой, по мере того как к собственным публикациям Фрейда после его смерти присоединялись воспоминания его сотрудников и пациентов. В 1950 году была опубликована переписка, важнейшая часть которой — переписка с Вильгельмом Флиссом и Карлом Густавом Юнгом — придает совершенно новый акцент пониманию жизни Фрейда. Обширное и, за исключением некоторых деталей, достоверное исследование Эрнеста Джонса, опирающееся как на личные воспоминания о Фрейде, так и на оставленные после его смерти документы, впрочем, ставшие теперь недоступными из-за распоряжения наследников, долгое время было единственным в своем роде. Подлинной неожиданностью оказались сведения, приведенные в обстоятельном труде семейного врача Фрейда Макса Шура, опубликован- 199