* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ПСИХОАНАЛИЗ. Зигмунд Фрейд. Соратники Фрейда (контроля) над контрпереносом: «Что не затрагивает нас непосредственно в настоящем, в психологическом отношении останется недейственным» (там же, 235). «Как "анагоги", так и некоторые "генетики" пренебрегают настоящим пациента, акцентируясь на его будущем или прошлом; однако чуть ли не все прошлое и все бессознательные устремления, если они не осознаются или не вспоминаются непосредственно. выражаются в актуальных реакциях по отношению к врачу и соответственно к анализу, другими словами, в переносе на аналитическую ситуацию». Собственно бессознательное, «раскрытие которого является главной задачей психоанализа, может и не "припомниться" (если оно никогда не было "пережито"), но его можно репродуцировать по определенным признакам. Просто сообщение, нечто вроде "реконструкции", само по себе непригодно для того, чтобы вызвать аффективные реакции; оно отскакивает от пациента, оставаясь бездейственным. Только если пациенты переживают нечто аналогичное актуально, в аналитической ситуации, то есть в настоящем, они могут убедиться в реальности бессознательного, причем чаще всего лишь после повторного переживания» (там же, 234). Также и терапевтический метод является утраквистским: «чередованием эмоциональных и интеллектуальных периодов» (там же, 283). Психоанализ следует проводить в ситуации отказа. Для врача, которому нельзя априорно отклонять фантастические ролевые притязания своих пациентов, но положено вдаваться во все детали этих требований (там же, 241), это означает, что он остается пассивным в качестве «радушного наблюдателя и советчика» (О II, 108), пребывающего в позиции «зрителя, следящего за естественным процессом» (там же, 45). «Желания пациента получить свидетельства позитивного контрпереноса должны оставаться неисполненными; ведь задача анализа состоит не в том, чтобы в ходе лечения осчастливить пациента нежным и дружеским обхождением (с подобными притязаниями он должен обратиться к реальной жизни после анализа), а в том, чтобы повторить реакции пациента на отказ при более благоприятных условиях, чем это было возможно в детстве, и скорректировать исторически реконструируемые нарушения развития» (там же, 108). Врач служит пациенту, пока тот сам над собой не властен, вспомогательным Я, «духовным вождем» (там же, 28). Такие отношения неизбежно оживляют прежние зависимости (родительский гипноз). Особо подчеркивая утопический момент анализа, Ференци более энергично и определеннее, чем другие психоаналитики, говорит о необходимости освободить пациента от этой, вновь приобретенной зависимости, отпустить его «полностью совершеннолетним» 39. Ференци, поборник «активного анализа», несомненно, является также антиавторитаристом среди «техников»: и к учебному анализу, и к анализу больного относится то, что он «должен быть очищен от всякого рода Сверх-Я, в том числе и от Сверх-Я аналитика» (О III, 394). «Также и так называемое сопротивление, то есть неудовольствие из-за ознакомления с неприятными истинами, может быть устранено в самоанализе только наполовину; для этого нужно сильное, хотя и тактичное руководство кого-то третьего. После достаточной проработки ассоциаций, после адекватного использования влияния, которым мы обязаны переносу, после раскрытия и устранения тенденций сопротивления важно освободить будущего аналитика от этой личной зависимости и сделать его самостоятельным; этот процесс в других психотерапевтических мероприятиях. вообще не используется» (там же, 427). «Пациент. должен как бы забыть, что именно мы направили его по правильному следу, и найти истину сам» (Соч. I, 143). С помощью заново пережитых вытесненных воспоминаний и фантазий он должен «самостоятельно и без чьего-либо влияния. критически пересмотреть собственную душевную жизнь» (там же, 145). Если это отвязывание, «отвыкание» не произойдет, возникнет постоянное желание анализироваться, «своего рода невроз. который требует лечения» (О III, 288). 182