* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ПСИХОАНАЛИЗ. Зигмунд Фрейд Вы также знаете, чту мне омрачает удовольствие от работы: то, что Вы позволили проявиться своим тайным разногласиям с Юнгом: Вы, несомненно, вправе писать подобным образом, но было бы благороднее не пользоваться этим правом. Каждому из Вас я предоставил в свое время равную свободу действий и полагаю, что Вы должны пользоваться ею независимо: Если Вы покушаетесь на его независимость, Вы в определенной мере толкаете его в стан противников. Я буду стараться уладить: что возможно, по приезде, как было условленно, в конце сентября в Цюрих: Поймите меня правильно: я ни в чем не могу Вас упрекнуть, я догадываюсь, что швейцарский антисемитизм, пощадив меня, с удвоенной силой обрушивается на Вас. Я думаю только, что мы, евреи: должны развить в себе нечто вроде мазохизма, если хотим участвовать в совместной работе: и быть готовы, что с нами порой обойдутся несправедливо. Иначе никакого сотрудничества. Смею Вас заверить: если б меня звали Обер-хубер, мои открытия натолкнулись бы на гораздо меньшее сопротивление. Ваш неблагоприятный прогноз в отношении сотрудничества с Бургхёльцли я не разделяю. Я тоже встревожился: когда отменили собрания Общества: но я не знаю, в какой мере это уже решено. Насчет Блейлера я с Вами согласен, он был неприветлив со Анной в Зальцбурге: ситуация для него неприятная, и мне кажется: что Ваша характеристика вполне верна. Однако с Юнгом дело обстоит иначе: меня связывает с ним личная симпатия: на которую я рассчитываю; он пишет мне через своего шефа — так же: как и Вы, буквально теми же словами. От этого он не может отступить, как не может переменить свое прошлое, даже если б хотел, и «Ежегодник»: редактором которого он является: не превратится в разрозненные листы. Я надеюсь: что в его намерения и не входит расстаться со мной и что Вы не совсем справедливо судите, исходя из мотива непреодоленного соперничества. Я поспешно составляю историю болезни пятилетнего мальчика: которая, надеюсь, весьма Вас заинтересует. Попутно я выправляю второе издание «Толкования сновидений» и читаю вступление к «Сну и мифу». Я все более убеждаюсь, что Вы правы и нам двоим принадлежит честь растолковать мифологию. Ваше здоровье! Почему я не могу соединить вас двоих, Юнга и Вас, Вашу остроту и его размах? С сердечным приветом Ваш Фрейд. ' К A b r a h a m. Die psychosexuellen Differenzen der Hysterie und der Dementia Praecox. — Gentralblatt &r Nervenheilkunde und Psychiatrie: 1908. На основе взаимной симпатии и общих интересов положение Абрахама развивалось от отношений ученика с учителем до осознанной самостоятельности и человеческого величия, которое Фрейд особенно ценил в самом верном (наряду с Эй-тингоном) из своих учеников. К тому же Абрахам не был пациентом Фрейда подобно другим ранним его приверженцам30. Разница в возрасте (двадцать один год) скоро стерлась. Лучший ученик превратился в равноценного друга и коллегу. Переписка отражает подлинный диалог, в котором оба и дают и получают поровну. В период первой мировой войны события в мире обсуждаются на удивление мало — возможно, это связано с господствовавшей в военное время цензурой. Оба корреспондента постоянно выражают тревогу за жизнь своих близких. 6 0