* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
340 ШЛЕЦЕРЪ. домашнимъ учлтелшъ къ русскому лсто-рюграфу Миллеру. и онъ отправился въ Россш/склонясь науб^адешя Млхаэлиса. что эта поездка доставить ему средства я возможность осуществить давно задуманную поездку на востокъ. Прйхапъ въ 1761 г. въ Петербурга, 111. встр'Ьтплъ у Миллера радушный ир!емъ и помещен!«. По случаю боли въ ногЬ III. по пркЁвдЬ пришлось шесть недель проснд'кь дома, Онъ занялся изучен]'емъ русскаго языка н съ помощью двухъ плох ихъ лекенконовъ принялся за переводъ «Описашя Камчатки» Крашенинникова. Большая филологическая подготовка, и знаше мно-глхъ даыгювъ помогли III. очень быстро-усвоить русски языкъ и чрезт» два месяца поел!; прйлда онъ сдйлалъ переводч, одного указа, который Миллеръ съ воеторгомъ показывалъ Тауберту. ТЪмъ не менее, Миллеръ, издававтШ въ то время свои «Sammlung russischer Geschichte», неохотно допускалъ проживавшая у него Ш. къ своимъ работамъ, считал это собрате какъ бы государственною тайною. Кроме того. Миллеръ вызывалъ eeoi изъ за гранпны студента, домашняго учителя, который долженъ былъ также помогать ому въ ученыхъ занят'[яхъ и делать то, что ему укажутъ; Ш. же, не считая себя студентомъ, но изв'Ьетнымъ уже пи-сателемъ, гордился обширною ученою подготовкою и смотр'Ьлъ на место у Миллера, какъ на средство къ достижению заветной ц*ли. Въ январе 1702 года начались переговоры объ определении Ш. въ Академш наукъ, затянувлпеся потому, что услов]я, предложенный Ш., не нравились последнему. Онъ долженъ былъ поступить адъюнктомъ и притомъ на пять леть, на оклядъ въ триста руб. въ годъ, посвятить себя совершенно о.туженш русской на.уке ? откататься отъ поездки на востокъ. После долгихъ объясненШ Таубертт, ула-дилъ это д&ю, опредЗшгвъ Ш'въ 1762 г.. адъюнктомъ академш, но на, неопределенное время, а всл^дъ затемъ при-строилъ его помощник,омъ главнаго учителя Бурбье въ такъ называемой академш 10-й лишн, учрежденной, по совету Тауберта, граф омъ К. Г. Разумовскимъ, для воспиташя подростающихъ его сыновей, съ которыми въ той же академш или институте воспитывались также сыновья Г. Н. Теплова, И. И. Козлова (рекетмейстера) и А. В. Олсуфьева·. Въ этой академш Ш. имелъ особую квартиру, въ которую ? переехалъ. покпнувъ домъ Миллера, и обучадъ въ институте сперва немецкому языку, а потомъ латинскому. Онъ скоро заметплъ Тауберту, что лъ учебпомъ плане вовсе не упомянута reo-граф{я и необходимая для учеников!. новая наука — познаше отечества, разумея подъ этимъ статистику! Тогда Таубертъ норучнлъ III. начать пренодавате и этой науки въ виде опыта. Скоро Ш. поручено было и преподаваше истории. Кром! преподавания. онъ составилъ для учениковъ учебники статистики и исторш. Но деятельностью учителя III. не ограничивался. Онъ сообщать Тауберту свои взгляды о необходимости государственной статистики и послёдств!емъ этого явился указъ о доставлении приходскнхъ спнсковъ о насе-лешн по форме, составленной III., положившей начало статистики населешя въ Россш. Позднее, въ 1768 г., IH. на основан! и этого матер1ала напечатал-;, свои выводы въ статье о народонаселенш Poccih, вошедшей въ составь «Neuverandertes Russland, oder Leben Katharma's II». (Riga und Mittau. 1767 und 1771), а также Beilagen къ этому лзданпо (Riga und Mittau. 1769 und 1770). Изъ разговоровт» съ Таубертомъ возникла наделавшая Щ. много хлопотъ его русская грамматика, въ которую онъ внесд, исторйо языка и огштъ сравнешя не только корней, но и флеши. Живя въ Петербург^, Ш. работалъ неутомимо, что вместе съ клнматомъ вредно действовало на его здоровье. Онъ pfenидъ тогда окончательно пристроиться въ академш, съ&здпвъ предварительно въ Гер-манио на три года, для издания собран-ныхъ имъ матер1аловъ по русской ???????? и статистики. Испрашивая себе отпускъ, Ш. обращалъ вниман!е на то, чемъ онъ можетъ быть подезенъ академии. Онъ указы вал ъ на необходимость критическаго научетя отечественныхъ и иностранныхъ свидетельств!,, относящихся къ русской HCTOpiii, и на способъ обработки древней русской исторш. Кроме того, онъ предлагать меры для распространения зн&нШ въ России. III. встретилъ въ академш двухъ сильныхъ дротивниковъ Ломоносова и Миллера- Первый, чутко и постоянно охраняя pyccKie интересы, усмотрйлъ опасность въ этомъ самоуверен номъ немце и выразилъ прямо: «какихъ гнусныхъ пакостей не наколобродить такая допущенная къ руссклмъ древностямъ скотина».