* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

14 ШЕВЧЕНКО. Орловъ считалъ нужнымъ подвергнуть вскхъ этихъ лицъ е. наказав! ю безъ суда, но не сохраняя въ тайпй р-Ьшеше дЪла, дабы всймъ известно было, какую участь приготовили себй тЪ, которые занимаются славянствомъ въ духй, противнояъ нашему правительству, и дабы отвратить другихъ славянофиловъ отъ. подобнаго направлешя». Ириговоръ по этому д%ду былъ необыкновенно суровъ. Особенно тяжело пришлось Шевченку, который, хотя былъ нризнанъ не принадлежащие къ обществу, но, по возмутительному духу и дерзости, однимъ изъ важныхъ преступ-никовъ. По пред положен! ю гр. Орлова винов-ныхъ должно было постигнуть такое наказание: заключить въ крЪпостяхъ—Гу-лака въ Шлиссельбург^ на три года, Костомарова въ Петербург^ на годъ, ВгЬлозерскаго и Кулиша на четыре месяца, Навроцкаго выдержать на гауптвахт^ шесть м-Ьсяцевъ, Андрузскаго и ?осяду отправить въ Казань для окон-чашя университетскаго курса, Шевченка же, какъ одареннаго кр^пкимъ ???????-жешемъ, определить рядовымъ въ Оренбургский отдельный корпусъ, съ правами выслуги, поручивъ начальству им^ть строгое наблюдете, дабы отъ него ни подъ какимъ видомъ не могло выходить возмутительныхъ и пасквильныгь сочи-нешй. Наказан1е было смягчено всЬмъ, кромй Гулака, Костомарова и Шевченка. 9-го 1юня Шевченко былъ уже достав-ленъ фельдъ-егеремъ въ Оренбургъ и эачысленъ рядовымъ въ пятый баталь-окъ, расположенный въ Орской кр-Ьпости, куда онъ и былъ препровожденъ въ 20 числахъ шня. Орская крепость была ничтожнымъ поселкомъ среди пустынной киргизской степи, съ населешемъ изъ военныхъ и каторжняковъ. Пейзажъ, окружавнпй Орскую крепость, давилъ своимъ однообраз1емъ и мертвенностью. Если прибавить къ этому безправное положение солдата и запрещеше писать и рисовать, то трудно не признать услов1я, въ которыхъ оказался Шевченко, глав-нымъ образомъ благодаря «крепкому телосложению», ужасными. До известной степени они были смягчены заботливостью оренбургскихъ малороссовъ: Лазаревска-го, Леввцкаго и другихъ, которые сумели расположить въ пользу Шевченка ба-тальоннаго командира и кой-кого изъ орскихъ чиновниковъ; но, тймъ не менйе, Шевченку приходилось жить въ тяжелой обстановка захолустныхъ казармъ дореформенной эпохи, изучать солдатскую «словесность», шагистику и т. д. Все это, noora блестящаго перюда жизни въ KieBI, свободной работы, общества сим-патичныхъ ему, интеллигентныхъ людей. Не удивительно, что и испытанному въ несчастьяхъ человеку это приходилось не легко; «вей мои прежтя страдая1я, пи-салъ Шевченко одному нзъ своихъ друзей, по сравнешю съ настоящими были только дЬтск1я слезы». Однимъ изъ крупный. бйдствхй Шевченка была полная неспособность его къ шагистикй, которую онъ такъ и не осилилъ за все время своей военной службы. Лишенъ былъ Шевченко возможности читать, получать · свои прежше рисунки, однимъ словомъ онъ находился въ положенш за - живо погребеннаго. Ужасныя услов1Я существо-ватя отразились и на физическомъ здо-ровьи Шевченка, хотя онъ и обладалъ крйпкимъ т^дасложешемъ. Осенью 1847 года онъ заболйлъ ревматизмомъ, а по-томъ дынгой. Въ 1848 .году Шевченко принималъ участие въ экспедицш въ Ка-имъ и по Аральскому морю, подъ начальство мъ генерала Шрейберга и капитанъ-лейтенанта Бутакова. Шевченко былъ назначенъ въ экспедицш въ качеств^ рисовальщика, по ходатайству Бутакова, котораго просили за Шевченка Лазарев-сшй и друпе оренбуртае друзья его. ЭкснсдйЦ1я п'Ьшкомъ дошла до р. Кайма, а оттуда на двухъ шкунахъ «Константинъ» и«Михаилъ» отправилась по Сыръ-Дарь'Ь въ Аральское море. Плавание по Аральскому морю продолжалось два месяца; Шевченко въ это время занимался срисовывашемъбереговъ Араль-скаго моря. Жилъ онъ въ офицерской каютв и чувствовалъ себя относительно сносно. Осенью шкуны бросили якорь въ усть'Ь Сыръ-Дарьи, и экспедищя осталась зимовать въ крепости Косъ-Аралъ. Зимовка эта была очень тяжела для Шевченка, который долженъ былъ проводить все время въ казарм-Ь, безъ общества интеллигентныхъ людей (руководители экспедицш уехали на зиму въ Оренбургъ) и безъ всякихъ вЬстей изъ дорогого