* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

296 ЧЕРНОЙ—ЧЕРНОПЯТОВЪ. рая дана была ему 5-аго 1юня 1809 г., и тотчасъ отправить его въ Петербурга съ донесешемъ о Ваграмскшъ пораженш. Между тЬмъ эта война, въ которой Россзя показала себя очень ненадежными союзникомъ Францш, явилась первой причиной неудовольствия Наполеона на политику русскаго Правительства. Въ это-то время, т. е. когда велись мирные переговоры между Австрией и Францхей, Йм-ператоръ Александру отказавшись отъ присылки уполномочен йаго со стороны Россш для ведетямирныхъ переговоровъ, отправилъ снова Чернышева 21-го августа къ Наполеону съ письмомъ, въ к ото ромъ просилъ его позаботиться объ ин-тересахъ Россщ. Чернышевъ былъ очень милостиво принять Император омъ и въ тотъ же день, откланявшись Наполеону^ отправился въ замокъ Дотисъ къ Императору Францу, чтобы передать ему письмо Александра. Своимъ появле-шемъ въ Австр1йской главной квартире онъ произвелъ очень хорошее впечатлите на австр1йцевъ й быль конечно тотчасъ принять Императоромъ Фраецемъ, крайне удрученнымъ понесенными имъ пораженшми. После этого Чернышевъ опять вернулся въ Шенбрунъ, въ главную квартиру французской армш, где и оставался до заключения мира, ничего впрочеыъ не зная объ его услов1Яхъ и получая отъ Наполеона зав^ретя, что Росс1я получить городъ Лембергъ (Львовъ) и hikoto-рыя другтя местности. Мирныя условш показали, что Poccia была обманута, по-хучивъ незначительный кдочокъ австргй-ской Галшци. 9-го октября 1809 г. Ч. произведенъ былъ въ ротмистры, а въ январе 181*0 г. опять былъ отправленъ въ Парижъ, съ приказашемъ находиться въ распоряже-ши Наполеона. Несмотря на охлаждение отдошенШ между Pocciei и Фрашцей, Чернышевъ былъ очень любезно принять какъ самимъ императоромъ, такъ и самьщи близкими къ Наполеону лицами. Въ вихре удовольствий и придв орныхъ бадовъ, ведя самый оветскШ образъ жизни, бывая часто у любимой сестры Наполеона—принцессы Воргезел у королевы неаполитанской, онъ не забывалъ, однако, своей роли и въ длинныхъ до-нееетяхъ въ Петербургъ сообщалъ массу самыхъ секретнейшихъ сведешй о На- полеоне и о планахъ и намйретяхъ фрацузскаго правительства. Континентальная система, столь тягостная для большинства европейскихъ государству очень плохо соблюдалась въ Россш, что, конечно, мешало плакамъ Наполеона сокрушить могущество Англш. Видя, что Рос-С1я всеми способами старается избавиться отъ обременительныхъ для нея условий, и узнавъ, что въ гавани Балт1йскаго моря направилось более 600 англйскшсь купече-скихъ кораблей, Наполеонъиригласилъ Чернышева и поручилъ ему отправиться въ Петербургъ и передать императору Александру требоваше о немедленной конфискации этого громаднаго торгсшаго флота; при этомъ онъ имелъ большой политический разговоръ съ Александромъ Ивановичемъ, оправдываясь во всехъ взводимыхъ на него недоброжелательныхъ действхяхъ противъ Россш. Въ половине октября Чернышевъ уехалъ въ Петербургъ, где, тотчасъ по нрибытш былъ принять императоромъ Александромъ и передалъ ему письмо отъ Наполеона. Очень довольный деятельностью Чернышева во время пре-бывандя его въ Париже, государь произвелъ его 8-го ноября 1810 г. въ полковники и приказалъ немедленно готовиться въ дорогу, обратно въ Парижъ, съ тЬмъ чтобы по пути заехать въ Сток-гольмъ и разузнать на мйсте? какихъ плановъ и образа действий по отношению Россш будетъ держаться наследный принцъ швед скаго престола, бывшй французский маршалъ Бернадотъ. Чернышеву, котораго впоследствии въ письме къ наследному принцу шведскому им-ператоръ Александръ нмвалъ «самымъ смелымъ, каюе только известны въ военной исторш», не трудно было сделать это, въ виду того, что онъ въ Париже близко зналъ будущаго шведскаго короля и находился съ нимъ въ самыхъ дружескихъ отношения хъ, Х^адушно принятый Карломъ XIII, Ч. во время краткаго пребывания въ Стокгольме имелъ три тайныхъ аудхенцхи у наЫгд-ваго принца, отъ котораго получилъ са-мыя пол ожительныя и кат его риче еш.я заявления о неизменной дружбе къ Россш; прямымъ цоследстшемъ этого поруче-шя была завязавшаяся дружеская переписка между русскимъ даремъ и Берна-дотомъ. Вернувшись въ Парижъ, Чер-