* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

172 СУНБУЛОВЪ. мальчикъ ж стихи не читалъ, а распевать; эта манера осталась у него почти на всю жизнь и сослужила ему азв?стную службу: когда онъ началъ самъ писать, то размерь стяховъ долгое время проверялъ пешемъ, оставивъ этотъ «натуральный» методъ только значительно позже, когда познако-иилсн съ теорией стяхосложещя. Еще бо-гЬе ирюхотяхь его къ чтенш жившШ въ одномъ доме съ нимъ желшй чиновникъ, «отставной секинариетъ> Ксенофонтъ До-бротворсшЛ, неудачнвкъ и съ виду угрю-мый пвссимисп., во въ сущности человЪкъ добрейшей души, къ тому же нмевпий недурную библ10течку. Какъ только мальчикъ несколько подросъ и отецъ замегплъ, что сынъ можетъ быть ему подазенъ въ торговле, онъ поспешилъ засадить его за дридавокъ, вооружавшись виМ съ темъ противъ склонности мальчика къ чтешю и противъ завязанныхъ имъ у Добротворскаго знакометвъ съ несколькими интеллигентными лицами. Строгости, почти гнагъ отца тяжелымъ обра-зомъ отражались на С., но своего любя-каго занят онъ не бросидъ и урывками, украдкой иоглощалъ кейсу за книгой. Смутное влечеше его къ повзш вскоре реальнымъ образомъ выразилось въ форме стихотворешя, написанваго нмъ подъ сильнымъ впечатлешемъ пожара, случившаяся въ ихъ доме. «Дерзай, юноша», сказадъ ему Добротвореий, прочитавши этотъ первый опыгь. Похвала взъ устъ такого яепогрешимаго, оо мне-вш С., человека окрылила его, и за пер-вымъ стихотворен!емъ нослйдовалъ рядъ кьесъ, написанныхъ преимущественно въ форме несенъ. Уже въ этихъ опытахъ, наъ которыхъ сохранилась только немногие, чувствовался тадангь, светилось искреннее чувство и искрилась теплота, хотя, какъ произведешя незрелы я, они страдали, разумеется, значительными недостатками— неточностью образовъ, отсутствгемъ простоты и пластичности, подражашемъ, иногда манерностью. При тйхъ усдов!яхь, среди которыхъ онъ жилъ у отца, работать надъ уеовершенствоващемъ стидя и уотранен!емъ недостатковъ было чрезвычайно трудно, тЬмъ более, что малообразованный юноша только внети н кто иъ поэта чувствовать не · достатки своихъ стихотворенШ, но яснаго представления объ втомъ онъ не имелъ и иметь не могъ. Къ 1857 г., т. е. когда С. было 16 гЬгь, изъ написаннаго имъ составилась довольно объемистая тетрадь, которую онъ, до совету своихъ друзей и оъ рекомендательнымъ письмомъ профессора К. Ф. Рулье, отиесъ къ одному изъ рус-скихъ поэтовъ, Последнй принялъ въ негь теплое учаше, указалъ на недостатки, далъ указаны, какъ избежать ихъ, и пр. Но неблагопр1ятный отзывъ другого поэта, на судъ котораго С. также отдалъ свои опыты, отзывъ резтй, почти безжалостный, чрезвычайно тяжело отразился на молодонъ талаитЁ. С. однако не пришелъ ьъ полное уныше и не забросилъ своихъ занятой, но сталь къ своему творчеству относиться серьезнее и строже, началъ трудиться надъ обработкой стиха и формы, надъ звучностью, плавностью и краткостью стиха,—и эта упорная работа постепенно привела его къ простоте и художеству образовъ. Этотъ першдъ въ жизни С. со-впалъ съ времененъ расцвета торговыхъ д?дъ у его отца, открывшего еще одну лавку, значительно больше первой. С. хотя и просижявалъ долгими часами за прилав-комъ и отчетностью, все же имелъ я некоторое свободное время, которое онъ ликомъ могъ посвящать своимъ любикымъ занят1ямъ. Но скоро отецъ его, возбужденный успехомъ и сгорая нетерпешемъ быстро разбогатеть, началъ играть на скач-кахъ; дела его приняли дурной оборотъ. Чтобы забыться, онъ сталъ пить, и зто окончательно его раззорило. Пришлось закрыть сначала бодыпую, затгЬмъ и меньшую лавку; отецъ уехалъ въ деревню, а С. вы-нужденъ былъ поступить въ подручные къ своему дяде, брату отца, старику придирчивому и капризному, имевшему тоже овощную лавочку. Жилось С. у дяди еще хуже, чеыъ прежде — весь его день ухо-дилъ на подметаше лавки, услуги покупа-телямъ д развозку на тачкЪ товаровъ по заказчикаиъ. Въ это время, длившееся около ?»/, л'Ьтъ, С. долженъ былъ дочти совсемъ забросать любимое чтеше и совершенно прекратить занятая надъ усовершенствовашемъ своего даровашя. Когда жизнь у дяди стала совсемъ невыносимой, С. продалъ все, что могъ, сколотилъ кое-KaKie гроши, за 10 руб. снялъ маленькое вомещеше на Тверской и вместе оъ матерью сталъ скупать и продавать старый домъ железа, меди, тряпье и пр. Торговля пошла довольно бойко, особенно когда