* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

САЛТЫКОВЪ. 7 3 составлению плана кампанш 1760 г. Происки австрШцевъ и косность членовъ кон-ференцш разбили надежды С. действовать въ будущую кампаню самостоятельно, отдельно отъ австр1адевъ. Разстроевный вернулся онъ къ армш, решившись насколько возможно беречь ее и избегать всякихъ ренштельныхъ действШ протавъ пруссаковъ, чтобы не играть въ руку союз-никовъ, имевшихъ одну определенную цель: втянуть русскую армш въ первый огонь, а затемъ самимъ уже действовать въ зависимости отъ обстоятельства Благодаря такому положетю делъ, начало кампанш 1760 г. не могло быть ни интерес-нымъ, ни славнымъ для русекаго оруж1я. Въ августе месяце разстроенное здоровье С. окончательно пошатнулось; 1 сентября онъ принужденъ былъ сдать командоваще ар шею Фермору и хотя оставался при вой-скахъ, но уже не вмешввался въ распоря-жешя командующаго, а 19 октября уехалъ въ Познань. Отсутств1е его отъ армш продолжалось до января 1762 г., когда всту-пивнпй на престолъ Петръ Щ вновь назначила его главнокомандующимъ; но военный действ1я были уже прекращены, и С. не принималъ почти никакого участхя въ управленш разбросанной отдельными отрядами русской армш, а 17 августа выехалъ обратно въ Петербурга. Встреченный довольно холодно только что воцарившеюся императрицею Екатериною II, Петръ Семеновичу гЬмъ не менее, въ день коронования былъ пожалованъ осыпанною бршиан-тами шпагою за храбрость, а въ 1764 г. назначенъ московскимъ генералъ-губернато-ромъ и сенаторомъ. Главнёишш торговый и промышленный центръ тогдашней Руси, Москва, заключала въ себе массу иришлаго населен1я, справляться съ которымъ было не легко. Разбои и грабежи были зауряд-нымъ явленшмъ. Пока въ рукахъ главно-командующаго были войска, все обстояло более или менее благополучно. Но вотъ насталъ 1769 г. Полевые полки, квартировавшее во внутреннихъ губерн!яхъ, потянулись на Украину. Объявление войны туркамъ было сообщено С. при самомъ лестномъ для него рескрипгЬ, въ которомъ императрица, уведомляя о назначети глав-нокомаидующихъ арм1ями, между ирочимъ писала: *если~бъ я турокъ боялась, такъ мой выборъ палъ бы неизменно на лаврами покрытаго фельдмаршала Салтыкова, но въ разсужденш велвкихъ безпокойствъ сей войны, я рассудила отъ обременещ* поберечь лета сего знаменнтаго воина, безъ того довольно имеющаго славы». Императрица, конечно, s предположить не могла, на каин «великая безпокойства» обрекала она «сего именитаго воина», оставляя его московскимъ главнокомандующего. Съ вы-ступлешемъ изъ Москвы въ походъ поле-выхъ полковъ, разбои н грабежи въ столице я ея окрестностяхъ приннмаютъ все болыше и болыше размеры. Тщетно обращается Петръ Семеновить къ императрице съ просьбою не оставлять первопрестольную безъ войска. Вместо вонн-скихъ командъ фельдмаршагь получаегь лишь советы, какъ яко-бы можно обойтись и безъ солдать. Къ довершению не-счаспя въ кояцё 1770 г. въ Москве появляется страшная гостья, проникнувшая къ намъ изъ Турцш—моровая язва. Въ ноябре месяце она впервые обнаружилась въ военяомъ госпитале въ Лефортове; С. донесли объ этомъ лишь 22 декабря, когда 14 чедовекъ уже умерло. По распоряжению П. С. госпиталь былъ немедленно язолн-рованъ. Какъ эта мера, такъ, главное, холодное время года задержало развитее болезни. Въ феврале 1771 г. остававшихся еще больныхъ С. хотелъ вывести изъ Москвы въ близлежащее монастыри, чтобы обезопасить скученное населен!е столицы, но императрица на это не сопа-силась Темъ временемъ обнаружилась чуна въ самомъ центре города, на суконной фабряке у Каменнаго моста, и, несмотря на разнообразный принятия С. меры, быстро начала распространяться по городу. Съ самаго начала усиленш заразы, въ средствахъ борьбы съ нею, обнаружилось крайнее разногласие во взглядахъ на это дело императрицы и главно командующаго. Фельдмаршагь предлагать всёхъ больныхъ удалять изъ Москвы въ близлежащее монастыри, а въ самомъ городЪ принять усиленныя санитарныя мёры. Императрица требовала окружить городъ карантинною цепью, никого въ него не впускать и не выпускать, остававшуюся немногочисленную воинскую команду вывести въ лагерь за 30 верстъ отъ города. Иначе говоря, государыня, желая спасти отъ губительной заразы остальную Росою, готова была обречь на гибель Москву, съ ! чему очевидно, не могъ согласиться коеков-скШ генералъ-губернатору разъ ему бшж ! дороги интересы первопрестольной Не- *