* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

РОСТОПЧИНА. 227 галантъ и произведения графини Ростопчиной три величай inie поэта трехъ поколе шй: ЖуковскШ, Нушкинъ и Лермонтов!До того никто не могь такъ говорить о Ростопчиной. Черезъ годъ молодой соратник* Чер-пышевскаго Н. А. Добролюбовъ написалъ въ томъ же „Современнике" по поводу романа Ростопчиной „У пристани" сокрушающую статью, Добролюбовъ отметилъ у Ростопчиной oTcyTCTBie определенного идеала, узость нравствендаго кругозора, ничтожество стремлен Ш, непонимаше того вопроса, которому Ростопчина посвятила столько страаицъ,— женснаго вопроса. Такъ же иронизируя, какъ Чершашевскш, Добролюбовъ говорить, что Ростопчина сама осыеиваетъ своихъ героевъ. „Это уменье автора не высказывать своего взгляда на изображаемыя личности можетъ, пожалуй, ввести многихъ въ заблуждение. Могутъ подумать, судя по тону изложения, что авторъ серьезно считаете свои лида людьми честными, благородными и неглупыми. Это было бы, безъ сомн'?шя, очень грустно для автора, и потому мы думаемъ, что, решившись на такой подробный разборъ, оказываемъ автору услугу, ставя читателя на настоящую точку зрешя\ Ростопчина писала въ ответь („Мо-имъ критикамъ"): яЯ разошлася съ новымх иоколеньемъ, прочь отъ него тэдетъ стезя; моя; шнятьями, душой и убежденьемъ принадлежу иному rnipy я. Иныхъ боговъ я чту и призываю и говорю инымъ я языкомъ; я имъ чужда, смешна, — я это знаю, но но смущаюсь передъ ихъ су-до мъ", такъ говорила давно утратившая всякихъ боговъ и уже ни предъ чемъ не смущавшаяся Ростопчина. Она становилась все смешнее: „вы скажете неосторожно слово о барствё, о неравенстве людей,— и завистью ужъ закипеть готовы тревожный сердца аевеждъ-д4тейй; ремесле нникъ отдалъ свою девочку въ школу,— она научилась писать любовны« письма; помещичья дочка начиталась либеральные журналовъ, влюбилась въ домашняго учителя и ушла съ нимъ, проклятая отцомъ и уложивъ въ могилу мать, и т. д. („Простой обзоръ"). Въ 1858 г., незадолго до смерти, Ростопчина написала окончательно сумбурное и неудачное произведете—-сатиру „Домъ сумасшедшихъ въ Москве*, подражание известному остроумному „Дому сумаепхедшихъ" ?. ?. Воейкова. Къ сатире Ростопчина рвалась давно, долго подумывала осуществить свое намерение и, наконецъ, написала длинную, растянутую, грубоватую сатирическую поэму, отражающую упадокъ таланта и. попреж-нему,—OTcyTCTBie у автора какнхъ бы то ни было общественные изглядовъ; правда, Ростопчина любила говорить о своей „без-иарпйности", но ясно, что эта безпарт!й-ность граничила съ безпринциппостью. Посылая новую сатиру своему дяде Н. В. Сушкову, Ростопчина писала о современ-ныхъ литераторахъ, какъ о какой-то таин-ственяой, зловредной секте, стремящейся покорить весь м1ръ, —-до того бала она озлоблена и словно не хотела замечать, что ненавистные ей разрушители Mipa просто враги русскаго безправт и произвола: „А что, если метемпсихоза точно существуете и ваши друзья-западники j и враги-славянофилы ужъ жили, кутили, ломали и разрушали подъ именами французские реформатаровъ предъ революцией?.. Старайтесь угадать маски! Кто изъ нихъ Вольтерь? По уму и по доброте ни одинъ!" — писала Ростопчина. Разбранены въ сатире и „славянобесы и „ прудонисты, герценисты, социалисты". Политической оц!нки негъ никакой, и даже въ основе добрыхъ отзывовъ и поквалъ ле-житъ личная симпат1я или просто капризъ. Все изображены сумасшедшими, кроме самой поэтессы, которая видитъ въ себе „Сафо* и „Кассандру новой Трои", ищущую родине „избавителя-героя". Ростопчина рубила сплеча я безъ оглядки, такъ что безъ оснований иныхъ записала въ западники, другихъ пожаловала славянофилами. Ясно было, что Ростопчина пережила себя. Н. П. Огаревъ даже бросилъ ей въ лицо кличку—„Отступница", а А. Й. Герценъ напечатать эти стихи. Въ последтй разъ Р. взялась за перо въ конце августа 1858 г., чтобы написать для А. Дюма, бывпгаго тогда въ Poccih, свои краткая воспоминания о Лермонтове. Письмо ея Дюма получилъ на Кавказе, въ декабре, когда Ростопчиной уже не было въ жнвыхъ: 3-го декабря 1858 г. она скончалась въ Москве, где и погребена на Пят-ницкомъ кладбище. Глубокое размышлеше—одинъ изъ основ-ныхъ мотнвовъ поэзш Ростопчиной. Жизнь представляется ей тяжельгмъ бременемъ; онаучить иасъ злу, учить насъ „тому,что мы не кроткой голубицей, а мудрымъ змеемъ съ 15*