* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
118 ПУГАЧЕВЪ. въ станицу, где онъ у а нал ъ отъ жены своей, что Павловъ поймаеъ и приведенъ въ Черкасы. Пугачевъ отправился въ этоть городъ, былъ также схваченъ и арестована но бйжалъ къ своей жене и, проживъ въ родной станице до декабря, покинулъ ее, сказавъ жене, что ядетъ на Терекъ. Онъ скоро явился въ Дубо векую станицу в, по своей о томъ просьбе, быль принять и залислевъ въ Терское семейное войско, въ которомъ пробылъ не долго. По его проискамъ и убёждешямъ казака, поселенные въ станицах/ь: Галюгаевской, ИщорскоЙ, Наурской, избрали Пугачева сйоимъ атаманомъ и поручили ему хлопотать въ Государственной Военной Кол-легш объ отпуске имъ жалованья и про-Е1анта наравн-Ь съ казаками Терскаго войска. Пугачевъ отправился съ этимъ пору-чешемъ, но уже при выезд! изъ Моздока, 9-го Февраля 1772 г., былъ схваченъ и прикованъ ц^оью къ стулу. Однако, онъ усп&гь бежать, былъ снова задержанъ и отправленъ въ Черкасы водою, вместе съ другими колодниками. Въ ЦымлянскоЙ станице онъ былъ взять на цорукп давно зиавшимъ его казакоыъ Лукьяномъ Худя-ковымъ, съ обязательствомъ доставить его непременно въ Черкаскъ. Между тЬиъ Пугачевъ на пути б ежа. л ъ къ ???? Койсухе, где были поселены выведенные изъ Польши беглые раскольники", у которыхъ на хуторе Осипа Короаки и нашелъ себе пр1ютъ, впро-чемъ непродолжительный, выразивъ желание «пожить для Bora ради, да не знаю (говор и лъ онъ), где бы сыскать такихъ бого-боязливыхъ людей; на службе же ннкакъ Богу угодить не мояшо». Пробы въ недолго на хуторе, Пугачевъ отправился въ Кре-ненчугъ, Крюковъ, Стародубсюя слободки, откуда мвого беглыхъ всякаго рода проходило чрезъ ДобрянскШ Форпостъ или въ Ветку въ Польше, или въ Росст Такъ какъ существовало приказате селить поль-скихъ выходцевъ по ихъ желанш, то на Форпосте желающимъ выдавались билеты въ т°ё места, куда кто пожелаетъ селиться. Такой билетъ получилъ я Пугачевъ. Не скрывая своего имени, онъ показадъ себя польскимъ урожевцемъ и выразилъ жела-Hie поселиться на р. йргизе въ Казанской губернзи. Онъ предколагалъ основаться тамъ; если же тамъ жить окажется худо, то направиться ва р. Кубань, куда ушли Некрасовцы. Прабыаъ на Донъ, Пугачевъ узяалъ о безпорядкахъ, бывшихъ въ Царицыне, и о казаке Богомолове, выдававшемъ себя за унершаго императора Петра III. Затемъ, добравшись чреэъ Камыщиаъ и Саратовъ въ Симбирскую провинцию, Пугачевъ узналъ о проиешестЕ1Яхъ на р. Яике ? о подожевш яицкихъ казаковъ. Мысль воспользоваться неудовольствхемъ казаковъ и, подговоривъ ихъ къ побегу на Кубань или Терекъ, сделаться ихъ атаманомъ, овладела Пугачевыми Онъ отиравился въ Me четную слободу (ныне Николаевскъ, Самарской губернш) и, пробираясь къ Яицкому городку, остановился при р. Тальбоё на умете, а эатемъ, 22-го ноября 1772 г., проникъ въ самый городокъ и остановился въ доме казака Пьянова. Въ это время но городу к базару ходилъ слухъ, что въ Царицыне появился государь Петръ IIL Бугачсвъ, въ разговоре съ казакомъ Пьяновыяъ о средствахъ, необходшмыхъ для задуманнаго имъ пред-прЬтя, высказывадъ, что иожетъ располагать большими средствами, и па возра-жеше Пьявова, что такихъ большем дееегъ ви у кого не иожетъ быть, кроме государя, ответа лъ ему, что онъ самъ государь Петръ веодоровичъ, который былъ въ Царицыне и сохраненъ добрыми людьми. Пугачевъ какъ бы неожиданно для самого себя прнпядъ ймя царя Петра III и, желая узнать, какое это произведешь впечатлите на казаковъ, прислушивался къ народному говору; нробывъ въ Яицкомъ городке около недели, ничего кроме жалобъ казаковъ на ихъ тяжелое положение онъ не слыхалъ. Онъ собрался ехать далее, но былъ задержанъ по доносу о подговоре казаковъ бежать съ Яика. Пугачева сковали,привезли въ Симбирскъ,а за-темъ въ Казань, где 4-го января 1773 года генералъ-норучикъ Фонъ-Браедтъ прика-задъ держать его подъ крёпкимъ карау-ломъ, и по освидетельствования его, допросить, чемъ онъ былъ наказанъ—кнутомъ или плетьми ? за что. Пугачевъ содержался вместе съ другими арестантами подъ помещея!емъ Канцелярий, въ черныхъ тюрьмахъ, старался казатьея набожнымъ, былъ послушенъ и тихъ и, въ разговорах^ съ другими содержащимися, выдавалъ себя за раскольника, говоря, что страдаегь за крестъ и бороду. Бриходяшше въ тюрьму для подаяшй раскольники приняли въ нем т. участзе, вступили еъ нимъ въ близк1я сно-