* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ПОЛУБОТОКЪ, 433 щШ порядок^., а второй хорошо созна-валъ свое безс!ше, когда дёло доходило до ограждешя народа отъ притеснений старшины. Что касается до первыхъ четырехъ полковниковъ, то все они, кроме того, еще были доставлены са-мвыъ царемъ, какъ люди «непоколебимой» верности, Окоропадскаго совершенно ие слушались, а за П. не признавали никакой власти. Поэтому, раз-считывать на искорепеше злоупотреблений старшины по отпошенш къ народу П. не могь, ибо для этого ему прежде всего нужно было бы сместить полковниковъ, поставленные самимъ же царемъ. ВследCTBie этого, областью, въ которой П. могъ еще произвести кой-кашя улучшетя, былъ лишь Генеральный судъ, потерявшШ во время гетманства Окоропадскаго всякое значение, ибо генеральный судья Чарныпгь подолгу проводилъ время въ отлучкахъ, а въ его отсутствие отправленхе правосудия совершенно прекращалось. Однако, прямо идти противъ Чарныша, какъ одного изъ членовъ старшины, П. не могъ и поэтому ограничился здесь полумерой, введя въ Генеральный судъ четырехъ «ассессоровъ» (второстепен-ныхъ судей), чтобы ускорить производство дёлъ л темъ избавить судъ отъ нарекангй за чрезмерную «волокиту!. Это особенно важно было теперь, такъ какъ Вельяминову было доставлено множество жаяобъ, которыя ему подавалъ народъ, надеясь на поддержку Коллегш. Ассессорами избраны были: Пироц-Kifi, Тарасевичъ, Уманецъ и Чуйко-вичъ,—ляда изъ среды самой же старшины, почему, по своему положений, они и являлись лишь исполнителями указашй П. и генеральной старшины. Такимъ образонъ, универсалъ П. отъ 19-го августа (см. выше) остался мертвой буквой. Что касается действ1й Вельяминова въ отношенш улучшешя быта народа, то онъ былъ безсиленъ здесь что-либо сделать, такъ какъ власти смещать полковниковъ онъ не имелъ, судебная власть, положенная ему по инструкции, была слишкомъ неопределенна, чтобы онъ могь при ея помощи сдерживать про изволь старшины. Поэтому, главное свое внимате онъ обра-тилъ на те денежные и хлебные сборы, наличное состояше которыхъ по инструкции ему предлагалось привести въ известность и.установить порядокъ ихъ собиратя. П. уже въ первыхъ числахъ августа 1722 г. получилъ отъ Вельяминова при-казъ о доставлены ему «обстоятельной ведомости» о всехъ сборахъ, которые дол ж вы была поступать въ казну на ос-новаши статей Богдана Хмельницкаго, съ сообщевхемъ сведешй, касавшихся количества ихъ, назначешя и предметовъ обложения. Однако, П. невозможно быдо дать точныхъ ответовъ на требовашя Вельяминова, ибо, во-первыхъ, сборы эти были разнообразны и неопределенны, а во-вторыхъ, все они поступали во дворъ гетмана, который ихъ и расходовалъ по своему усмотретю. О последнемъ, т.-е. о томъ, чтобы сборы эти попрежнему поступали въ раепоряжеше гетмана, П. просилъ Вельяминова. Поэтому сведЬшя о сборахъ, сообщенный П-мъ Вельяминову, были слишкомъ общаго характера, и Вельяминовъ потребовать отъ него цифровыхъ данйыхъ. Для личныхъ объяснешй съ Ведьяминовымъ П. отправился въ Коллегш, «где приговорили, хотя и не хотели, чтобъ какъ съ казаковъ, такъ и съ мужиковъ пчельная и табачная десятины собирались». Старшина также принуждена была дать Коллегш обещаше, «по довольной отговорке», сообщить ей сведетя о сборахъ, отъ кого и поскольку собирать ихъ. Давъ обещаше доставить требуемыя ведомости, П., однако, думалъ опереться еще на пункты Богдана Хмельницкаго, о которыхъ говорилось въ инструкцш, данной президенту Коллегш. Чтобы разузнать, как1е были сборы во время Хмельницкаго, П., на другой день после даннаго обещания, послалъ письмо къ Стародубекому полковнику и приказы-валъ допросить некоего Середу, бывша-го «подъ часъ Хмельнищины» писаремъ, каше тогда были сборы. Кроме того, онъ решилъ созвать въ Глуховъ всехъ полковниковъ, чтобы согласиться съ ними относительно того, какъ принять требовашя Вельяминова: безропотно исполнить ихъ или же заявить протеетъ. Для того же, чтобы истинная цель созыва не была известна Вельяминову, въ универсале П. говорилось, что созы- 28