* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ПАВЕЛЪ I. 5 нророчидъ, что онъ исвободитъ Святыя места, перешагнете стены, отделяющая Росс'ию отъ Китая. Манифеста 7 октября 1754 г. о рождеша великаго князя Павла Петровича начинался словами: «Всемогущему Господу Богу благодарен1е!» Тогда же досланы были для сообщешя родствен-нымъ дворамъ о счастливомъ событш въ императорском. семействе: въ Вену — камергеръ Сиверсъ, въ Цербстъ—капитаяъ Хрущовъ и въ Стокгольмъ — камергеръ великокняжескаго двора, СергМ Василье-вичъ Саггыковъ, вел'Ьдъ затЬмъ назначенный посланникомъ въ Гамбурге». Празднуя рождете внука, императрица Елизавета по-прежнему не щадила материи-скихъ чувствъ Екатерины: для нея на пер-вомъ плане были лишь 4 интересы им перш». Увидать сына въ первый разъ после родовъ Екатерин^ пришлось только чрезъ шесть недель, когда она принимала очистительную молитву. Тогда императрица во второй разъ пришла къ ней въ комнату и велела принести къ ней Павла. «Онъ показался мне очень хорошъ», пи-шетъ Екатерина, «а видъ его несколько развеселилъ меня, но какъ скоро молитвы были окончены, императрица тогчасъ приказала унести его и сама ушла». Въ TpeTiu разъ Павла показали матери, по ея просьбе, лишь весною, до случаю отъезда великокняжеской четы въ Орашен-баумъ; чтобы добраться до его спальни, она должна была пройти чрезъ вей покои государыни и нашла его въ страшной духоте. Но умная, европейски образованная мать не могла сразу подавить въ себе естественной заботливости о сын'Ь и издали, со екорбш, следила за направ-лещемъ, которое давала первоначальному его воспитанию добродушная, но строго придерживавшаяся старозав^тныхъ рус-скихъ традищй императрица. Павла Петровича, какъ помещичья го сынка, сдали постепенно на руки невежественной женской дворне, со страхомъ заботившейся только о томъ, чтобы беречь и холить барское дитя, оставшееся безъ всякой родительской ласки и призору: еще до крестпнъ Павелъ едва было не умеръ отъ молочницы.«Я должна была»,пшиетъ Екатерина, «лишь украдкой наведываться о его здоровь'Ь, ибо просто послать спросить о немъ значило бы усумниться въ попече-шяхъ императрицы и могло быть очень дурно принято. Она поместила его у себя въ комнат!» и прибегала къ нему на каждый его крвкъ; его буквально душили излишними заботами. Онъ лежать въ чрезвычайно жаркой комнате, во флаке-левыхъ пеленахъ, въ кроватк^, обитой мехомъ черныхъ лисицъ; его покрывали одЬяломъ изъ атласнаго тика на вагЬ, а сверхъ того еще одЪялоыъ изъ розоваго бархата, подбитаго мехомъ червыхъ лисицъ. После я сама много разъ видала его такимъ образомъ укутаннаго; потъ текъ у него съ лица и по всему тЬлу, всл1>дств1е чего, когда онъ выросъ, то простуживался и заболЪвалъ отъ малЪй-шаго в'Ётра. Кроме того, къ нему приставили множество безтолковыхъ старухъ и мамушекъ, которыя своимъ излишнимъ и иеуыйстнымъ усерд1вмъ причинили ему несравненно больше физическаго и нравственна™ зла, чемъ добра». Эта общество нянь и мамушекъ въ первые годы жизни Павла имело на него крайне вредное вл^яше и въ другихъ отношешяхъ: он'Ь содействовали развитию воображения впечатлительнаго ребенка; это были тЬ же женщины, которые усыпляли императрицу чесашемъ ггятокъ и занимали её разсказами о домовыхъ и иривид'Ьшяхъ. Еще въ раннемъ детстве нервы Павла ? аз строены были до того, что онъ прятался подъ столъ при сколько-нибудь сильномъ хлопанье дверями. Въ ухедй за нимъ не было никакой системы, Случалось, что онъ ложился спать или очень рано, часовъ въ 8 вечера, или же часу въиер-вомъ ночи, по прихотямъ; случалось также, что ему и ночью давали кушать, когда «просить изволить». Бывали случаи и простой небрежности въ уходе за нимъ, «Одинъ разъ онъ изъ колыбели выпалъ, такъ что никто того не слыхалъ. Пробудились по утру—Павла н'Ьтъ въ колыбели; посмотрели—онъ лежитъ на полу и очень ?????? опочиваетъ». Между тймъ., слабое здоровье великаго князя, еще въ младенчестве его, требовало особой заботливости. По сювамъ иридворныхъ ого медиковъ, онъ съ самаго рождешя подверженъ былъ припадкамъ, про исходи вшимъ отъ кислотъ, преобладавшихъ въ желудк'Ъ и иищепр1-емныхъ путяхъ, а приходя въ возрастъ, подвергся другимъ болезненнымъ припадкамъ, которые имели последств1емъ худощавость. По распоряженщ Елизаветы, докторъ Фусадье, после рождешя Павл^ шесть недель жилъ въ одной ком-