* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

НАДЕЖДИНЪ. 31 скаго Общества. H. И. scitopls сталъ одноиъ изъ деятель at йишхъ члеповъ-руиоводитс-лсн его, такъ что въ 184 S г. онъ былъ избранъ пред ci д ате л ь с ? в у го щ и м т. въ Отделении этнограф!и, и въ 185В году былъ изданъ первый въщускъ «Этнографаческаго Сборника», составленная подъ редакцеей ??. Д. Кавелина в Надеждина. 30 ноября 1852 года, въ торжсственномъ с,обрати общества онъ прочелъ статью: «О рус-скихъ народныхъ мвеахъ и сагахъ, въ првмененш ихъ къ географш и особенно къ этнограф!» русской». Простонародный сказки и присказки, басни я побасенки—съ точки зр$шя Н.— давно сделались предметомъ лзелйдоваюя сврооейскпхъ ученыхъ, въ роде знамени -таго Риттера; поэтому и у насъ, въ Рос-cin, небезполезно, говорить онъ, «представить небольшую пробу самаго способа, какимъ могутъ быть производимы эти занят] я, въ видахъ и по требовашямъ науки». Произведена народной фантазш разделяются на «ыиеы» (^Зо;) ? «саг и ? (Sage). Подъ первыми разумеются «вся-кёе народные вымыслы, служанце по-кровомъ для мысли, по существу своему безвременные и безместные; подъ вторыми—«всякея народныя сказки, выро-щенныя на событш, — разскаш. неизбежно двигающееся сколько во времени, столько же ? въ пространстве». Хотя русскихъ маеовъ известно сравнительно мало, однако следы атеизма все же можно проследить «въ без численныхъ, разнообразные обрядахъ в ооычаяхъ, которыми, можно сказать, нропнтанъ весь домашней бытъ русскаго человека, обставлена вся его жизнь отъ колыбели до могйлы, в далее за могилой, пока онъ живетъ еще въ памяти своихъ родныхъ в ближнихъ»; затемъ, «миеологическое начало» проявляется въ памятникахъ чисто словес-ныхч.—въ «народныхъ поверьяхъ, кото рыя яасел-яюгь окружающую действительность различными сверхестественньшп призраками и Ншать воображение во-споминанеями о бывавших^ въ старину дивахъ дивныхъ и чудахъ чудныхъ». Это все — «разваляны., обломки, иногда не больше какъ самые мелк!е дребезги давно минувшаго периода, иорваниаго силь-нымъ переворотомъ; лередъ Божеответным ъ светомъ Христёанства. какъ ночные сны и призраки передъ светоыъ дня, разсьшаются и исчезаютъ все мочты, все вымыслы и яр ид у«!,-? той ;????? предо-сгавлеаваго самому себе человечества, которую принято называть общиыъ име-чемъ язычества». Изъ массы мпипчоскихъ созданий иное затерлось совсЬмъ и по гибло безбедно», иное «истерлось въ такой ирахъ, что едва л ? есть возможность разгадать л возстановить первоначальный ипдъ его»; по «было место и для тгопы-токъ продлить среди новаго порядка идей и вещей старую миеическую жизнен ноет г. ? деятельность народной фантазш; и это происходило посредством'!·, больше или меньше удачной переработки старил наги васнос.ювнаго вещества въ духе и фор-махъ той же старины, но уж»!, по возможности, сообразно новьшъ поттямъ п потребностимъ крещеиаго, правослазнаго Mipa». Таковы «стихи народные»; изъ последи ихъ * ст ихъ о Голубиной КнигЬ>, сохранившейся въ различныхъ редакцёяхъ, должно признать сстаршнмъ. по первоначальному его происхожденш». Здесь языческая предан "[я тесно сплетаются съ воз-зрел1ям][ христианскими. Голубиная книга-не Евангелёе или Библея, а «вся со-ировищнща» стариннаго «народнаго знания, весь тогдашней запасъ домашеей мудроств», согласно которой на трехъ рыбахъ земля основана; имя: «ц,арь Малатомвнъ Малато.чьевпть—«явно доисторическое, положительно миепческое». «Созерцательный интересъ, принадлежащей миву въ собственномъ смысле», сменяется «чисто повествовательными» въ саге, где «разсказъ, более или менее баснословный, всегда привязывается къ какому вибудь определенному, поименованному лицу или, по крайней мере, къ какой нибудь нарочитой эпохе народной жизни». «Историческое основаше» сап» выражается, прежде всего, въ ихъ «осо-бомъ хронологическом'!, устройстве». «Усдо-uie времени соблюдается, конечно, «крайне нестрого, но всегаии княженее Владимира., правление Грознаго, < перюдъ смутней и буйной вольницы, господствовавшей въ Великомъ Новегороде»,—любимыя эпохи, вокругь которыхъ «предпочтительно группируются народяыя воспоминания». Второе общее свойство сагъ—изобил1е « ъгЬст-ных'ь, въ собственномъ смысле геугра-фичсскихъ подробностей: нередко какой-то общШ очеркъ пространства русской земли, очевидно, изложенный народкымъ воображешемъ съ тогдашней действи-