* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ЛЕРМОНТОВА 985 не представляется случая, или недостаегь решимости. jMhi говорятъ, что случай когда-нибудь выйдетъ, а решимость npi-обр^тется временеыъ и опытностью!... А кто порукою, что, когда все это будетъ, я сберегу въ себе хоть частицу пламенной, молодой дугой, которою Богт. одарнлъ меня весьма некстати, что моя воля не истощится отъ выжидашя. что, наконецъ, я ле разочаруюсь окончательно во всемъ томъ, что въ жизни слуншгъ двыга-ющимъ ст имуломъ?.. » (IV, 320—321 и 398). Въ томъ же письма къ М. А. Лопухиной Лермонтовъ просить «ласковыми словами разогнать холодпую ирошю, которая неудержимо прокрадывается въ душу, какъ вода просачивается въ разбитое судно»... Много разныхъ огорчеяШ и неприятностей доставляло Лермонтову его настойчивое желаше приникнуть въ «большой светъ», где вращались мног1е изъ его товарищей но службе, а также в почто вс'Ь видные, литераторы того времени— Пушкинъ, Льуковсшй, Гоголь, Соллогубъ, ОдоевскШ il др. Но по происхождеюю Л ер моего въ не принадлежала къ высшему аристократическому кругу, п тамъ его долго не хотели признать евоимъ. Поэтъ раздражился, таилъ злобную месть и какъ бы еовс'Ь.чъ забывать то, что иисалъ въ свопхъ ишошеекихъ стихотворешяхъ: ...Передъ идолами свйта Не гяу коа-Ьла я мои; Какъ ты. не зквъ ????. предмета Ни сильной злобы, нп лгобпи. (I, 107. Ср. I, 105). ВлнжаШпимъ поводомъ бросить вызовъ «надменному глупому св?ту» послужила для Лермонтова неожиданная смерть Пушкина, павшаго жертвою «оеветниковъ бевбожныхъ», «свободы, renia и славы палачей». «Я былъ еще боленъ,—разсказываетъ самъ Лермонтовъ,—когда разнеслась по городу весть о яесчастномъ поединке Пушкина. Некоторые изъ моихъ знакомыхъ привезли ее и ко мне, обезображенную разными прибавлениями. Одни—приверженцы нашего лучшаго поэта—разсказы-: нала съ живейшей печалью, какими j мелкими мучетями, насмешками онъ долго былъ прес.гЁдуемъ и наконецъ принужденъ сделать шагъ, противный законами земнымъ и небеснымъ, защищая честь своей жены въ глазахъ строгаго света- Друпе, особенно дамы, оправдывали противника Пушкина, называли его благо-роднЬйшимъ человъколъ. говорили, что Нушкинъ не им^лъ права требовать любви отъ жены своей, потому что былъ ревнивъ, дурснъ собою, —онп говорили также, что Пушкянъ негодный челов^къ и прочее... Не имея, можетъ быть, воз-.мощности защищать нравственную сторону его характера,—никто не отвЪчалъ на эти посл'Ьдщл обвинешя. Невольное, но сальное негодоваше вспыхнуло во ын! противъ этихъ людей, которые нападали на человека, уже сраженнаго рукою Бож1ей, не сдгЬлавшаго имъ ним кот зла и некогда л ми восхваляемаго,—и врожденное чувство въ душ^ неопытной— защищать веякаго невинно-осужденияго — зашевелилось во мне еще сильнее. по причине болезнью раздраженных'!, нервъ. Когда я сталъ спрашивать, на каких·!, основаниях?, такъ громко они возстаютг. противъ убитаго,—мне отвечали, вероятно, чтобъ придать себе бол te весу, что весь высшей кругъ общества такого же. ??%???. Я удивился,— надо мною смеялись. Наконецъ, иосл'Ь двух'?, дней белпокойнаго о;кидаи1я пришло печальное извести·, что Пушкпнъ умеръ—и вместе <т> атимъ HSBtcrieM'ii нршндо другое, утешительное для сердца русскаго: Государь Имиераторъ, несмотря на ого прежв1Я заблуждении подать великодушно руку помощи несчастной жене и малымъ сиротамъ его. Чудная противоположность его поступка съ мнй-шемъ (какъ меня уверяли) висшаго круга общества, увеличила въ моемъ воображенш, цчернида еще более несправедливость послёдняго. Я былъ твердо увйренъ, что сановники государственные разделяли благородныя и милостивыя чувства Императора, Богомъ даннаго защитника всЫъ угнетеннымъ; но, гЪмъ не менее, я слышалъ, что некоторые люди, единственно по родственнымъ связями или вследоше искательства, при-надлежапбе къ высшему кругу и пользующееся заслугами своигь достойныхъ родствен ни ковъ,— некоторые не переставали омрачать память убятаго и раз словить разные невыгодные дли него слух». Тогда, вследствие необдуманпаго порыва, я излить горечь сердечную на бумагу, преувеличенными, неправильными словами выразилъ нестройное столкновение мыслей, не полагая, что написалъ нечто предосудительное, что мнопе ошибочно