* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ЗОПТАГЪ. 455 пот оря лъ памяти той, которая мне его изъ пр1язни подарила, и Митенскую долину всегда вспоминаю, какъ точку земли, на которой я провелъ н'Ьс1солько часовъ пр!ятно, беззаботно и свободно». Приспособлете къ реальной жизни, видимо, нелегко давалось молодой женщине. «Какъ жаль теперь того времени, пишетъ М. А. Мойеръ, которое потеряно за пюпитрами и фортешано! лучше бы было варигь мыло и стряпать пашгетъ». А, II. одолела хозяйскую премудрость. Уже въ 1820 году М. А. Мойеръ обращается къ ней съ рядомъ практи чески хъ вопросовъ. «Слыша, что та купила землю въ Крыму, я чрезвычайно бы желала знать возможный подробности о тамошнихъ м-Ьстахъ, не только о роде жизни, жите-ляхъ и домашней экономш, но и о внеиь немъ хозяйстве. Генеральша Тучкова желала бы купить тамъ что-нибудь я про-ситъ описать величину, доложете и родъ обрабатывания твоей плантащи. Имеешь ли ты своихъ мужиковъ, или работаютъ дворовые люди на лифляндшй манеръ? Молено ли нанимать жителей, и что это стоить? Если ты перевезла своихъ мужиковъ, что стоила тебе перевозка? Меря-ютъ ли землю десятинами или какъ дорого приходится наша десятина? Уроженцы татары-ли, и очень ли ленивы? Где можно продавать продукты и можно-ли надеяться на б проц. съ капитала? Не лучше ли поселиться въ степяхъ Одессы, если кли-матъ равно хорошъ? Ч^мъ насаженъ твой садъ, и какой хлебъ лучше сеять? Можно ли надеяться па пр!ятное общество? Вотъ, милый другъ, какая куча вопросовъ». Семейная жизнь А. П. сложилась очень счастливо: мужа своего она любила, и смерть его вызвала у ней безмерную скорбь. «Возвратись домой, пишетъ 11 сентября 1841 года П. А. Плетневъ, написалъ серьезное письмо Зонтагъ. Она, лишась мужа и оставшись въ бедности съ дочерью, для которой сочинила нрелестныя своп повести и священную исторш, спра-шикаотъ, чемъ ой заняться. Советовалъ ей иисать или (дографш изъ всЬхъ вековъ и вародовъ для чтетя детскаго, или раз-сказы изъ гешальныхъ творенШ, тоже всем1рныхъ и для такой же цели». Скорбь била сильная, но христианская настроенность и вл!яте Мишенской среды отлили ее въ спокойное примиреше съ яшзныо. «Господь далъ яамъ такъ много хорошаго ръ жизни, что часто счастье наше въ собственныхъ нашихъ рукахъ, но мы не умеемъ ни держать его, ни имъ пользоваться». Вотъ любопытныя ея размы-шлешя на эту тему въ тяжелую пору ея жизни. «Къ той науке жизви, о которой вамъ пищетъ ЖуковскШ, падобно прибавить еще и этотъ каассъ. Добрый лангь Жуковский! Онъ все любить подводить цодъ систему. Но каш тугъ классы? Кто пра-зналъ быпе Боше (и кто можетъ не признать его?), тотъ не можетъ не признать ! и воли Его. И намъ дана свободная воля, иначе бы мы не имели ответственности задела паши; но наша водя ведегь насъ по большей части ко злу, а всемогущая воля Господня изъ самаго этого зла извлекаете благо. И такъ нзъ этого признания благой воли Вождей, воли всемогущей, истекаетъ все: и покорность, и емпреше, и покой въ смиреша, доверенность, благодарность и любовь. Но вотъ где нужно употребить bci елды души, чтобы взойти на "Черную Бембергскую гору. А у кого въ жизни не бываетъ своей Черной горы? Для йного она крута, для другого отложе. Иной бодрее, другой слабее; но у всякаго въ жизни есть Черная Бомбергская гора. Она была и для Спасителя такъ тягостна, что, въ минуту страдашя, и Онъ, Который все достигъ, еще будучи во плоти, вскричалъ: Боже, Боже мой! Векую мл оставилъ еси? — Но, взобравшись на верхъ горы, вы видите надъ головою небеса, а у яогъ вашихъ царство Каше-ылрекое (La chaumiere Indienne). Малый ЖуковскШ! Для него въ науке жизни и самая наука и учитель были менее строги, чемъ для многихъ. И всему этому причиною его ангельская душа, исполненная благости, кротости, емирен1я, не постигающая злобы даже и въ другигь. Зато для него двететъ жизнь въ такую пору, когда для другихъ остались одни тершя». Тяжело примирялась А. П. съ двумя фактами: два ея самые дорогие человека—· Жуковсшй и дочь Машенька связали свою судьбу съ людьми не русскаго происхо-ждешя. M. Е. Зонтагъ, единственная дочь А. П., вышла замужъ за австр!йскаго консула въ Одессе Гумансталя. Зорко ? присматриваясь къ укладу жизни жены j Жуковскаго, А. П. ясно видела, что въ семье великаго русскаго писателя, гор-I достп Poccin, духъ не русскШ.