* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

глинскш. 329 предлагавшаго свое посредничество для заключен!я мира между Москвой и Литвой. Осенью того же года, на отпуск^, Герберштейнъ ходатайство-валъ отъ имени Максимшиана объ освобожденш кн. Г. и просилъ дозволить кн. Г-му отправиться на службу въ Гермашю; въ такомъ случае Макси-милганъ взялъ бы съ него клятвенное обещание не замышлять ничего противъ Московскаго государства. Велишй князь велелъ отвёчать: «Глинсшй по своимъ деламъ заслуживалъ великаго наказания, и мы велели уже его казнить; но онъ, вспомнивши, что отецъ и мать его были греческаго закона, а онъ, учась въ Италш, по молодости отсталъ отъ греческаго закона и при-сталъ къ римскому, билъ чел омъ митрополиту, чтобъ ему опять быть въ гре-ческомъ законе. Митрополитъ взялъ его у насъ отъ казни и допытывается, не поневоле ли онъ поступаетъ къ нашей вере, уговариваетъ его, чтобъ подумалъ хорошенько. Ни въ чемъ другомъ мы брату нашему не отказали бы, но Глинскаго намъ къ нему отпустить нельзя». Герберштейнъ ска-залъ на это: «Государь мой потому при-казывалъ о Глинскомъ, что ему у великаго князя служить нельзя и у короля нельзя же: такъ государь мой просилъ его за темъ, чтобъ отослать ко внуку своему Карлу (королю испанскому). Но если государской воли на то нетъ, то государь освободилъ бы его теперь, чтобъ я виделъ его свободными. Просьба Герберштейна осталась неисполненной. Въ 1526 г. велишй князь Васшпй Ивановичъ женился на племяннице М. Л. Глинскаго, княжне Елене Васильевне Глинской. Около этого времени (въ 1524 г.) онъ получилъ боярство, а после женитьбы Васил1я Ивановича и свободу. За него поручились бояре: кн. Дм. Оеод. Бельсюй, кн. Вас. Вас. Шуйский и кн. Бор. Ив. Горбатовъ, обязуясь, въ случае его бегства, заплатить въ казну пять тысячъ рублей. За поручителей, въ свою очередь, ручались MHorie бояре и дворяне, распределяя, сколько они должны уплатить, если поручители окажутся несостоятельными. Въ 1530 г. кн. Г. былъ од-нимъ ивъ главныхъ воеводъ во время похода подъ Казань. Въ 1533 г. на свадьбе кн. Андрея Ивановича (брата вел. кн. Васил1я Ивановича) сиделъ за окольничьимъ столомъ. Осенью того же 1533 г. кн. Г. находился при вели-комъ князе Василш Ивановиче, когда тотъ занемогъ во время охоты въ с. Кол-пи; затемъ, въ числе другихъ бояръ, сопровождалъ его въ Волоколамску въ 1осифовъ монастырь и, наконецъ, въ Москву. Какимъ довергемъ кн. Г-1Й пользовался у великаго князя, видно изъ того, что и въ Колпи и въ Москве велишй князь советовался о мерахъ для облегчетя своей болезни не только съ двумя иноземными врачами, но и съ кн. Г. Участвовалъ онъ, по возвращении великаго князя въ Москву, и въ «думе» относительно написатя духовной грамоты. Это назначение было сделано великимъ княземъ, потому что кн. Г. былъ роднымъ дядей великой княгини Елены. За три дня до кончины приобщившись Св. Таинъ, Васил1Й Ивановичъ обратился къ боярамъ съ такими словами: «Постойте, братья, крепко, чтобъ мой сынъ учинился на государстве государемъ, чтобъ была въ земле правда, и въ васъ розни никакой бы не было; приказываю вамъ Михайлу Львовича Глинскаго, человекъ онъ къ намъ пр!езж!й; но вы не говорите, что онъ пр1езж!й, держите его за зд'Ьшняго уроженца, потому что онъ мнё прямой слуга; будьте все сообща, дёло земское и сына моего дело берегите и делайте заодно; а ты бы, князь Ми-хайло ГлинскШ, за сына моего Ивана, и за жену мою, и за сына моего князя Юрья кровь свою пролилъ и тело свое на раздроблеше далъ». 3-го декабря почти весь день кн. Г. пробылъ у постели умирающаго; ему, боярину Мих. Юрьев. Захарьину и любимцу своему Ив. Юрьев. Шигоне-Поджогину велишй князь делалъ поотЬдтя распоряжения, касавппяся какъ его семьи, такъ и государства. Первое время после смерти Васи-лгя Ивановича самыми влхятельными лицами были кн. Г. и Шигона Под-жогинъ. Вскоре, однако, первенствующее значен! е получилъ любимецъ великой княгини Елены, кн. Ив. Оеод. Телепневъ-0боленск1й. Что именно руководило кн. Г-мъ: только често-