* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ГАВР IИ ЛЪ. 31 у race светильникъ оч1ю нашею, исчезе красота наша, столпъ нашъ преклонися, прес-Ьчеся надежда; зде eecenie наше въ темномъ мраце погребено, зд-fe лавры ноб^дъ и торжествъ РоссШскихъ изощренною косою смертною подсачены и потоптаны суть». Проповедничество было единственною областью, где могло проявляться самостоятельное творчество Гавр шла. Синодъ, признавая его «школьного уче-шя зело доеольнымъ и въ синодальны хъ делахъ тщательно трудолюбивыми, смотрелъ на него, какъ на «спещалиста-работника по'части научной и литературной»; ему поручалось развить, обосновать, оформить всящй проекгь, касавгтйся школьнаго или ккижнаго дела. Петръ находилъ, что Гавршлъ пипгетъ «внятно и хорошимъ штилемъ»; поэтому онъ облюбовалъ его въ качестве распространителя въ Рос-сш полезныхъ практические и гума-нитарныхъ знашй. Гавршлъ былъвсегда заваленъ срочной и часто весьма неблагодарной работой по заказу въ качестве цензора, компилятора и переводчика. «По Высочайшему повелетю& онъ составилъ (1723 г.) «Последоваше о исповеданш» въ « про сто речи во мъ» изложенш, «дабы самое скудоумнейшее лицо могло понять»; онъ иолучалъ отъ Петра поручения «сочинять» службы на виктор1альные и торжественные дни и по довольно сбивчивымъ указйшямъ императора правилъ, вставляя целыя песни, «службу благодарственную о великой, Богомъ дарованной победе» подъ Полтавою. Не зная голландскаго языка (онъ не зналъ и немецкаго), Гавршлъ долженъ былъ надзирать за печататемъ Евангел1я на славянскомъ к голландскомъ языка хъ при помощи какого-то «иноземца изъ Риги». По мысли Петра Гавршлу приходилось заниматься трудами, не имевшими отношения къ специальности ученаго монаха. Его произведен1емъ считается «Юности Честное Зерцало, собранное отъ разныхъ авторовъ» (1717 г«), заключающее въ себе букварь и весьма оригинальное «показание къжитбйскому обхождению». Выходила въ светъ гравюра съ изображенгемъ Петербурга, Гавршлъ должеръ былъ составлять къ ней шохвалительное» описание, пре- вознося не только «грыдорованное художество», введенное въРоссгиПетромъ, ко съ явною натяжкою и самый Петербургъ, «не токмо всю Росст располо-?кешемъ и красотою превосходяпцй, ноииныя европейск!я странвд, Гавршлъ редакгировалъ большой Исторический Лексиконъ Морери въ 1716г., а въ 1723 г. «по Государеву указу переводилъ на латинсгай языкъ pycciue трактата, принадлежащее къ исторш». По приказа-гаю Петра онъ переводилъ и «книжицу» Аполлодора Аеинейскаго о Начале бо-говъ, Пуффендорфовы «Введете въ ??-стор1Ю Европейскую» (1718 г.) и «О должностяхъ человека и гражданина» (1726 г.), а также «Theatrum Historic um» Стратемаш, изданный въ 1724 г. подъ заглатемъ «Эеатронъ или Позоръ Исторический», испра-влялъ переводъ съ итальянскаго ^Турецкой Исторш». Деятельность Гавриила казалась предосудительной мно-гимъ ревнителямъ православ1я. Онъ принадлежалъ къ прогрессивной партш духовенства, группировавшейся около Эеофана Прокоповича и въ борьбе съ «суевериями» часто безъ *нужды оскорблявшей релипозное чувство православна™, сжившагося со своей церковной стариной народа. Ревнители православной старины не отделяли Гавршла отъ 9еофана. Въихъглазахъ беофанъ былъ «ерес!архъ», а Г. его «соглаошткъ», соучастяикъ въ его «ере-тическомъ злодейств чгенъ «ало-честиваго соборища», чинившаго «превеликая досады й гонешя и озлобления» Святой Церкви, разорявшаго часовни, называвшаго «ложными мощьми телеса святынь», сравнивавшаго съ землею могилы на кладбищахъ. Въ «новоизданных^ подъ смотрен!емъ протектора «печатныхъ квигахъ» они находили «не-стерпимыя хулы и многая ереси». Гавршлъ въ своихъ переводныхъ трудахъ подавалъ некоторый поводъкъсоблазну. Подобно беофану, онъ былъ ярымъ противником^ католицизма и совершенно игнорировалъ католическую литературу. «Ниже кую отъ римскихъ преведохомъ,—писалъ онъ,—понеже во онехъ везде борьба на Церковь Греческую, своихъ же паттъ превозношеше, отъ коихъ книгь воспоследствова, что мнози, оиыя чтуще, сопмище Римское