* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

612 БЪЛИНСИЙ. одномъ эгомъ заключается достоинство драмы г. Б'&шнскаго: въ ней есть много характеровъ, прекрасно очерченныхъ... Вы впднте здесь прекрасное, милое, простодушное ладо Катенъка, девушка живой, резвой, веселой, которая никого не любить, никого ненавпдитъ, которая иногда ? задумывается, но эта задумчивость проходить по душе ея, какъ легкое облачко по ясному, голубому небу; это лицо нарисовано такъ живо, снято съ натуры такъ верно, что вы непременно'узнаете въ немъ что-то знакомое: таие характеры встречаются очень нередко... Аксессуар ныя лица нисколько не натянуты, а какъ будто сняты съ натуры. Ботъ хорошая сторона драмы г. Б1тинскаго. Съ другой стороны, недостатке въ въ ней много, очень много, и такихъ, которые бросаются въ глаза съ псрваго раза всякому сколько-нибудь знающему театръ и сцену. Драма чрезвычайно растянута, исполнена сденъ однообразных^: авторъ, видимо, хотЬлъ исчерпать до глубины предметъ свой и потому впалъ въ многоречивость. Драма написана въ две-три недели—это не беда, можетъ быть даже къ лучшему, но беда въ томъ, что авторъ ппсалъ ее незадолго до бенефиса, следов., не могъ отдалить ее отъ себя на такое разстояше, чтобы охолодеть къ своему произведет», всмотреться въ него, какъ въ сочинение чужое, а потому не могъ съ самоотвержешемъ обрезывать и укорачивать его». Замечательно по своей меткости мне hie критика, что «авторъ не всегда могъ возвыситься до полнаго унпчтожешя своей субъективности. Слушая разговоры действующпхъ лицъ, какъ будто читаешь критическую статью г. BLieh-скаго... Ярко бросается въ глаза незнаюе сцены... Некоторый лпда или неопределенны, пли безцвЬтнъи... Матер1альныя обстоятельства Беяин-скаго и до закрыпя «Телескопа», где онъ имелъ постоянную работу, были плохи. Живя у Бакуниныхъ в утопая въ какомъ-то экстатическоаъ «блаженстве», онъ терзался мыслью о гветущей бедности. Онъ писалъ: «грозвый дризракъ внешней жизни отрав-лялъ мои лучипя минуты. Я не хоте.тъ думать о будущему отъездъ мой представлялся мне въ какомъ-то тумане, какъ будто бы въ Прянухине я долженъ былъ провести всю жизнь мою. Все житейск1я попечевля, все тревоги внешней жизни я старался давить въ душе, и хотя, повв- димому, успЪвадъ въ этомъ, но мое спокой-CTBie было обманчиво; въ душе моей была страшная борьба.. мысль о томъ, что ожи-даетъ меня по возвращенш въ Москву, где все моп способы была уже истощены и где якоремъ спасешя оставался одинъ «Телескопъ», и тотъ ненадежный...» Ему часто приходилось прибегать къ помощи друзей. Когда «Телескопъ» прекратилъ свое существоваше, БелннскШ опять сталъ по прежнему горько бедствовать. Онъ пскалъ работы въ петербургскпхъ издашяхъ и едва не сталъ сотруднпкоыъ «Энциклопеди-ческаго словаря» Пдюшара и «Литератур-ныхъ Прибавлений къ Русскому Инвалиду», переходившихъ съ 1837 г. къ новому издателю А. А. Краевскому. Будь жпвъ Пуш кннъ, надо думать, ВёдинскШ перешелъ бы въ его «Совремснникъ». Пушкинъ зналъ его, какъ автора «Литературныхъ ме-чтанШ» в цЪлаго ряда критическпхъ статей, въ которыхъ БелинскШ относится къ великому поэту, хотя съ любовью и благоговевшему но не всегда положительно (и, заметпмъ, не всегда справедливо). Пушкипъ серьезно интересовался имъ. «Пушкинъ»— разсказьзваетъ И. И. Панаевъ — кажется, втайне сознавалъ, что этотъ недоучивппйся студентъ долженъ будетъ занять некогда почетное место въ исторш русской литературы». Нъ 1842 г. БелинскШ писалъ Гоголю: с я не заношусь слишкомъ высоко, но. признаюсь, и не думаю о себе слишкомъ мало; я слышалъ похвалы себе отъ умныхъ людей и, что еще лестнее, имелъ счастте прибрести себе ожесточенныхъ враговъ: и все-таки больше всего этого меня радуетъ доселе и всегда будетъ радовать, какъ лучшее мое дистояше, несколько прп-ветлнвыхъеловъ, сказанныхъ обо мне Пушки нымъ и, къ с частно, дошедшихъ до меня изъ верныхъ источникову и я чувствую, что это не мелкое самолюб1е ci. моей стороны, а то. что я понимаю, что такое человеку какъ Пушкинъ, и что такое одоб-penie со сторовы такого человека, какъ Пушкинъ». Поэтъ посылалъ ему книжки «Современника» го черезъ М. С. Щепкина, то черезъ Чаадаева, то чере.зъ Нащокина, которому велелъ передать Белинскому, что очень жадеетъ, что не уснГ.лъ иъ нимъ видеться. Въ конце 1836 г. П. Б. Нащокину MOCKuBCKifl приятель поэта, ппсалъ ему, должно быть, въ ответъ на его недошедшее до насъ письмо: БелинскШ по-лучадъ отъ Надеждпна, чей журналъ уже