* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

-254 БОРОВИКОВСКЖ. собою классически тихШ, мирный в наивный уголокъ, съ простодушнымъ козачьимъ населешемъ, съ благодатной природой и большою наклонностью къ юмору у способ-ныгь и толковыхъ его обитателей. Здесь какъ бы сконцентрировался малороссШскШ народный типъ, съ его чертами простодушной наивности, тонкой и наблюдательной насмешливости, скрытности, независимости и подчасъ глубокой грусти. Можно представить, каково все это было сто летъ на-задъ. То было время, еще не знавшее почти сословныхъ различШ. Родной брать Луки Боровика (дворянина) беодоръ—былъ свя-щенникомъ Воскресенской церкви, близъ которой жила семья. Дочь Боровика была замужемъ за священникомъ же, Яковомъ Гарковскимъ. Духовенство въ ту пору не составляло въ Малороссш отдЬльнаго со-слов)я, а было выборное. Между лицами мелкой «старшины» и простымъ козаче-ствомъ общеше было полное. Семья иконо-писцевъ Боровиковскихъ, къ тому же, была и очень вебогата. Кроме дома, она владела еще пятнадцатью десятинами земли близъ Миргорода, да небольшой земелькой въ Хорольскомъ уезде. Средою, въ которой жилъ БороввковскШ, было столько же ко-зачество, какъ и шляхетство. Жизнь текла патриархально, въ старыхъ обычаяхъ, за постоянной работой. Старый Боровикъ играть на гусляхъ и научилъ тому же искусству своего сына. Писались иконостасы, да образа по заказу частныхъ лиць, и поныне еще сохрадяемые въ некоторыхъ семействахъ въ той местности, какъ святыня. Вероятно,трудолюбивая жизнь художника такъ бы и прошла въ родномъ Миргороде, оставивъ только ближайшимъ землякамъ ; добрую и честную память, еслибы не еду- ¦ чай, который выдвинулъ его и сделалъ имя его известпымъ. Это — разрисовка ст^нъ дома, въ которомъ останавливалась Императрица Екатерина II во время поездки своей ! въ Кршгь. Къ разсказу объ этомъ случае примешалась легенда, пущенная въ ходъ небезъизвестнымъ пвсателемъ, но совершенно лишенная основания. Мы говорамъ объ очерке Г. П. Данилевскаго «Екатерина II на Днепрё», героемъ котораго является Боровиковсюй. Въ этомъ очерке БоровиковскШ выступаетъ забулдыгой-ма-ляромъ, нанявшимся въ рекруты за другого. По просьбе его столетняго деда, царица, остановившаяся случайно въ корчме I этого деда, освобождаете» Боровиковскаго отъ солдатчины и беретъ съ собою въ Пе-тербургь. Въ разсказе этомъ все неверно и вымышлено. Перепутана даже местность, и Миргородъ смёшанъ съ Ново-Миргоро-домъ; характеръ художника искаженъ совершенно. <Энциклопедически Словарь» Плюшара и все печатные источники пере-даютъ дело иначе, совершенно согласно и съ предашями родныхъ. Во время путе-шествш Екатерины въ Крымъ, одинъ изъ представителей малорошйскаго дворянства, Каанистъ, поручилъ Боровиковскому написать несколько картинъ, чтобы украсить домъ, назначенный дня приема царицы. На одной изъ картинъ художникъ изобразил·!, семь мудрецовъ Грецш передъ книгою «Наказа» и Екатерину, въ виде Минервы, объясняющую имъ свое произведете. На другой представленъ былъ Петръ I, вспа-хивающШ землю, а вследъ за нимъ Екатерина II, сеющая семена. Два ген!я, изображавши великихъ князей Александра и Константина, боронили эту вспаханную и засеянную землю. Почти несомненно можно сказать, что темы этихъ картинъ были внушены живописцу. Но живопись понравилась, Императрица пожелала узнать имя художника и предложила ему ехать учиться въ Петербургъ. Эти историческая фрески не сохранились, также какъ и временный дворецъ, нахо-дившШся по всемъ даннымъ въ Кременчуге, где Екатерина останавливалась на пути изъ К1ева, 30 апреля 1787 г. Капиистъ, какъ миргородский уроженецъ и сынъ последняго полковника миргородска-го, иметь полную возможность знать Боровиковскаго и вызвать его въ Кремен-чугь, отстоящШ отъ Миргорода на раз-стоянш всего семидесяти пяти верстъ. БоровиковсиЙ принялъ вызовъ Императрицы и решился ехать въ Петербургъ. Переездъ состоялся, повидимому, вскоре после достопамятнаго собьтя, изм'Ьиившаго его жизнь. онъ взялъ съ собою малолетняго племянника, сына единственной своей сестры, бывшей замужемъ за священникомъ Гарковскимъ, Антона, съ тЬмь, чтобы отдать его въ военный кор-пусъ. Въ то время художнику было тридцать л4тъ. Сведешя о томъ, кто былъ первымъ учи-телемъ Боровиковскаго въ Петербурге, противоречивы. Князь Эристовъ, въ заметке «Энциклопедическаго словаря», называетъ