* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

36 А1ЕКСФЙ ПЕТРОВИЧЪ. 1693 и 1694 гг. въ Архангельск^, въ 1695 и 1696 гг. въ Азовекихъ иоходахъ) и былъ отвлекаемъ отъ семьи безконеч· выми и ра зн оо бра з пей ш ими государственными заботами, ве могло сильно сказываться на сыне. Въ писъмахъ же матери и бабушки часто упоминается объ „Оле-шаньке". Немногимъ больше известно о нервовачальномъ воспитан!и даровита. Уже въ 1692 г. KapioHb Истом инъ составилъ для него букварь, которой гравированъ былъ язвйстныыъ Бунинымъ. Какъ пола-гаетъ Пекарскш, для царевича же былъ напечатана букварь 1696 года. Въ немъ, кроме приветствШ въ стихахъ и проз-!-,, были помещены развыя душеспасительные статьи, молитвы и заповеди. Въ 1696 г. въ царевичу приглашевъ былъ учитель Никифоръ Вяземсшй, съ которым ъ Петръ, какъ видно изъ отвйтныхъ писемъ Вязем-скаго, переписывался по поводу yienia царевича. Въ велерйчивыхъ оиамахъ учитель сообщала Петру, что Алексей „въ немяо-гожъ времени совершеное (узнавъ) литеръ и слоговъ do обычаю азъ - буки учитъ часо-словъ". Въ томъ же 1696 году Карюнъ Истоавнъ ваписалъ малую грамматику, въ которой изложилъ „учете естеству пасьменъ, ударению гласа и препинание» словесъ". Въ посвященш доказывалось, при помощи текстовъ изъ свящепваго писавья, что цйль ученая—достижение царств!я не-бесваго, а самое учеше состой тъ въ знанш кяигъ Ветхаго и Новаго Зав^товъ. Эти и подобныя имъ наставления, говорить Пекарский, только и слышан и ыя царевичемъ въ детстнй, почти до 12 л?тъ, несомненно имели вл!ян1е на ? о следую щШ образъ его мыслей: придя въ возрастъ, овъ любилъ беседовать яотъ книгъ о старцахъ", вЪвалъ стихи изъ церковныхъ службъ и т. д. „ Моего къ отцу моему некослуша-В1я,—говорилъ впослйдствш царевичъ,— та, что со младенчества моего несколько жилъ съ мамою а съ давками, где иному ничему не обучался, кроне избеыхъ забавъ, а болёе научился ханжить, къ чему я и отъ натуры склонвнъ". Разрывъ между отцомъ и матерью долженъ былъ повл!ять на сямпатзи ребенка. Находясь подъ вл1я-шемъ матери, царевичъ не могъ нолюбить отца и постепенно проникался нелюбовью и отвращевхемъ къ нему, гЬмъ бол'Ье, что въ лице Евдокш и вместе съ нею оскорбляемо было все старое московско- русское, обычаи, нравы и церковь. Изъ данныхъ розыскного дела о последвемъ стрелецкомъ бунте известно, что уже въ то время народъ какъ бы по ни мал ъ, что сила обстоятельствъ нойтавитъ сына во враждебный отпошейя къ отцу. Стрельцы, решившее перебить бояръ—при-вержевцевъ Петра и немцевъ—думали, въ случай отказа Софья, взять на царство царевича; распускались слухи, что бояре хо-тйли царевича удушить; уже въ то время онъ представлялся противникомъ нйицевъ и, следовательно, новоиведенШ отца. Жены стрельцовъ говорили: „Не одни стрельцы пропадаютъ, илачуть и царсия семена. Царевна Татьява Михайловна жаловалась государю-царевичу па боярина Стрешнева, что онъ ихъ поморилъ съ голоду: если-бъ де не монастыри наеъ кормили, давно бы мы умерли. А царевичъ ей сказадъ: дайте мне сроку, я де ихъ приберу. Государь н'Ьмцевъ любитъ, а царевичъ не любить" и т. п. Яо заточенш въ 1698 г. царицы Евдокш, Алексей взятъ былъ царевной Натальей Алексеевной изъ Кремлевскихъ покое въ въ село Преображенское. Въ следующее году Петръ решилъ послать его для образования заграницу; возможно, что иа penieBie это ловл!яли именно упомянутые разговоры между стрельцами. Находившейся въ русской службе саксонскШ динломатъ, генералъ Карловичъ, долженъ былъ сопровождать Алексея въ Дрездеиъ и руководить тамъ его занятиями; туда же долженъ былъ прибыть изъ Женевы, для совместныхъ съ Алексеемъ занят!ft, сынъ Лефорта; но Карловичъ былъ убить въ марте 1700 г., при осаде Дюнамюнде- Почему Яетръ, несмотря на усиленныя просьбы въ 1701 и 1702 гг. вёнскаго Двора прислать царевича „для науки" въ ВЬву, отказался отъ этого плана—неизвестно; но любопытно, что уже въ это время слухи объ этоиъ плаве Петра очень смущали такихъ ревнителей чистоты правоелашя и враговъ зловредиаго Запада, какъ 1еруеалимскШ патр1архъ Досиоей; решивъ заменить посылку сына заграницу приглашеа^еиъ къ нему въ воспитатели иностранца, царь вы-бралъ немца Нейгебауера, который былъ раньше въ свите Карловича и въ обществе котораго Алексей пробылъ около года; выборъ этотъ оказался, однако, неособенно удачнымъ: Нейгебауеръ былъ