* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

874 АЛЕКСАНДРЪ II. пустилъ отпечатанное въ тайной типогра-фш воззвао1е, въ которомъ грозилъ новымъ покушешемъ на жизнь Монарха. Организуя террористическая сообщества все еще оставалась неизвестного властямъ. Къ раскрыт]» ея не новело и случайное задержан^ въ Петербург^, въ конце ноября, нескслькихъ изъ принадлежавшихъ къ ней злоумышленниковъ, у одного изъ которыхъ найденъ планъ Зима я го дворца, на которомъ императорская столовая отмечена была крестомъ. Въ типографии сообщества сталъ выходить, съ 6-го октября, пе-рюдичешй его органъ, сощально-револю-щонное обозреше, подъ заглав1емъ: „Народная Воля". Программа „исполнительнаго комитета", излагавшая устройство террористической партш, ея намерешя, цели и средства, въ тысячахъ печатныхъ экземп-ляровъ распространялась въ Петербурге между единомышленниками и разсылалась во все концы Россш. Надежды свои возлагали заговорщики на готовившееся новое noKyjneaie, ыестомъ совершения котораго должно было служить уже самое жилище Государя—Зимшй дворецъ. Еще въ сентябре, въ число столяровъ, работав m ихъ въ Зимвеыъ дворце и помй-щенныхъ въ подвальномъ его этаже, по-ступилъ, подъ чужимъ именемъ и съ под-дельнымъ видомъ, одинъ изъ „распропагандирована ыхък рабочихъ, принадлежав-шихъ къ террористическому сообществу. Въ продолжение четырехъ месяцевъ онъ, мало-по-малу, сносилъ туда динамитъ въ свои сундукъ, стоявппй въ комнате, расположенной какъ разъ подъ царской столовой, а когда динамиту накопилось около трехъ пудовъ, 5-го февраля, въ шесть часовъ вечера, т.-е. въ обычное время обеда Императорской семьи, воспламенивъ чрезъ огнепроводный дгауръ приспособленную къ сундуку капсюль съ гремучекислою ртутью, самъ удалился изъ дворца. Несколько минутъ спустя послЬдовалъ взрывъ. Государь находился въ это время въ малой фельдмаршальской зале, куда вы-шелъ на встречу принцу Александру Гессенскому и сыну его князю болгарскому, замедленге въ ? pi езде которыхъ и было причиною того, что обедъ не былъ поданъ въ установленный часъ. Отъ сильнаго удара поколебались степы, разбились въ дребезги стекла, газъ потухъ во дворце. Но разру- шительное действие взрыва не распространилось далее главной гауптвахты, расположенной въ первомъ этаже надъ подваль-нымъ помещев1емъ, въ которомъ заложена была мина, и подъ столовою залою. Изъ находившихся въ этой комнате, занимав-шихъ въ этотъ день караулъ во дворце нижеихъ чиновъ лейбъ-гвардш Финлянд-скаго полка убито 10 и ранено 56 человекъ. На полу столовой оказалась лишь небольшая трещина. На следующей день, въ Большой церкви Зимняго дворца,въ присутствш Императора и всей Царской Семьи, а также при стеченш толпы придворныхъ, высшихъ военныхъ и гражданскихъ чиновъ происходилъ благодарственный моле бе нъ. Следуя въ соборъ, Государь, остановился предъ офицерами Фпнляндскаго полка и въ милостивыхъ вы-ражешяхъ благодарилъ ихъ за отличное исполненхе чинами полка службы накануне, во время и после взрыва. Не смотря на страшное опустошеше, произведенное въ рядахъ караула, па обезображенные трупы товарищей, на собственныя раны и увечья, уцелев mie часовые оставались всё на своихъ местахъ и даже ио прибыли вызванной смены отъ л.-гв. Пре-ображенскаго полка не уступали прибыв-шиыъ своихъ месть, пока не были сменены своимъ разводящимъ ефрейторомъ, который тоже былъ раненъ при взрыве. Его Величество выразилъ глубокое сожалеше о жертвахъ печальнаго происшеств1я и объявилъ, что семьи пострадавшихъ будутъ обезпечены. Две недели спустя, 19-го февраля 1880 года, Poecia праздновала двадцать-пятую годовщину вступлешя Императора Александра II на Престолъ, Изъ самыхъ от-далеввыхъ концовъ ея, отъ всехъ сословш, учреждетй и множества отдЬльныхъ лицъ неслись теплыя выражешя любви, признательности, верноподданнической преданности Моаарху. Въ Петербурге день начался исполне-шемъ п'Ьсколькихъ музыкальныхъ пьесъ на площадке, предъ Зимнимъ дворцомъ, соединенными хорами всехъ гвардепскихъ полковъ, при громе салютащонныхъ орудш, разставлепныхъ вдоль набережной Ва-сильевскаго Острова. Государь слушалъ это исполнете съ дворцоваго балкона и на оглушительное „ура!" войска и народа, снявъ каску, отвечалъ милостивыми по-