* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

АЛЕКСАНДРЪ II. 623 рыня навестили въ ФридригегафевЬ королеву Виртеыбергскую Ольгу Николаевну; затемъ Государь ездилъ въ Шваль-бахъ, чтобы посетить пользовавшуюся тамъ водами императрицу фравцузовъ и, 10-го сентября, въ сопровождении Цесаревича Николая Александровича, прибыль въ Потсдамъ, где, въ продолжении трехъ дней, участвовалъ въ нанев-рахъ прусскаго гвардейскаго корпуса, про-исходившихъ въ присутствш короля. Изъ Берлина, Наследникъ у ехал ъ въ Копенгагену а Императоръ возвратился въ Августейшей супруге въ Дармштадтъ, за-Ьхавъ по пути къ двоюродному брату, великому герцогу Александру саксень-вей-марскому, въ Вильгельм сталь. Изъ Дарм-штадта, с.-петербургский военный генералъ - губернаторъ получилъ, въ ночь на 20-е сентября, следующую телеграмму отъ Его Величества: „Возвестите обывателямъ столицы 101 пушечвьшъ выстрелоиъ о помолвке Наследника съ принцессою Датскою Дагмарою. Мы уверены, что все наши верноподданные разделять нашу радость и, вместе съ нами, призовутъ Бож1е благо-словеше на юную чету". Лечеше водами въ Киссвнгене и Щваль-бахе, хотя и улучшило состояeie здоровья Императрицы, но врачи вастойчиво советовали Ея Величеству провести зиму въ теплом ъ климате. 3-го октября посети лъ Государя и Государыню въ Дармштадте король Вильгельмъ пруссшй, а 6-го Ихъ Величества выехали, чрезъ Мюльгаузенъ, Люнъ и Марсель, въ Ниццу, куда и прибыли 10-го- Императоръ французовъ при-нялъ все меры, чтобы въ этоыъ француз-скомъ городе былъ оказанъ русской царственной чете самый предупредительный пр!емъ; онъ предоставилъвъ распоряжен1е Государыни собственную яхту ^L'Aigle», посланную въ Виллафранку, а 3 5-го октября самъ пр^ехалъ въ Ниццу, чтобы засвидетельствовать почтение Государю и Императрице. По отъезде Наполеона III, Императоръ Александръ выехалъ обратно въ Россш, остановясь лишь на два дня въ Потсдаме, по усиленной просьбе короля прусскаго. Вместе съ нимъ возвратился въ Петербургъ, после продолжительной отлучки за границей, и ВеликШ Кяязь Константинъ Николаевичъ, снова вступившей въ управление морскимъ ведом-ствомъ, а къ новому году назначенный председателе« Государственваго Совета. Одобривъ произведении въ его отсут-CTBie новыя законодательные работы Николая Милютина во преобразовав!© Царства Польскаго, Государь, 27-го огтября, подписалъ указъ объ уараздаета звхчн-тельваго числа римско-католических* монастырей въ этомъ крае. Правительственной мере предпослано обширное валоже-Hie причинъ. „Соблюдая заветы Авгусгейшнхъ вашихъ предшественниковъ", говорятся во введении къ указу, ви следуя искренн4й-шимъ побужденьамъ нашего сердца, мы всегда охраняли законаыя права и неприкосновенность ре л и ri?, исповедуем ыхъ вашими верными подданными. Въ семъ случае, ыы лишь руководствовались гЬми непреложными началами веротерпимости, которыя составлять одно в»ъ главныхъ оснований огечественнаго законодательства и неразрывно связуютса съ коренными историческими преданиями православной церкви и русскаго народа. И въ Царстве Польскомъ, где большинство жителей принадлежите къ церкви римско-католической, мы имели особливое попечете о благосостоянии сей церкви, сохраняя все ея учреждешя въ томъ виде, какъ они сложились самостоятельно, въ прежнее время. Въ 1861 и 1862 годахъ, даруя жителямъ Царства развыя льготы и преимуществ») мы распространили оныя я на римско-католическое духовенство, ввернвъ, въ то же время, заботы о его нуждахъ особому высшему управлешю изъ лицъ, несомненно преданныхъ римско-католической церкви. Съ темъ бблыпею еворб{ю усмотрели мы, что во время вознккшихъ, вследъ затемъ, въ Царстве волненш, некоторая часть духовенства римско-католическаго не оказалась верною, ни долгу пастырей, ни долгу поддаиныхъ. Даже монахи, за-бывъ заповеди Евангелия и презревъ добровольно принесенные предъ алтаремъ обеты иноческаго звашя, возбуждали кровопролитие, подстрекали къ уб1Йствмгь, оскверняли стены обителей, принимая въ нихъ святотатственный присяги на со-вершеше злодеянге, а некоторые вступали сами въ ряды мятежниковъ и обагряли руки свои кров1Ю невинвыхъ жертвъ. Сколь ни прискорбны для сердца нашего сш горестныя явлешя, потрясающи самы* основы релипознаго в нравственна!·« бита